Онлайн книга «Петля Сергея Нестерова»
|
Сергей курил недалеко от танцплощадки, размышляя о материях жизни, когда к нему подошел интеллигентного вида, лет пятидесяти, заметно лысеющий, небольшого роста мужчина, с большим горбатым носом и легкой перхотью на воротнике пиджака. — Товарищ Нестеров, Сергей Владимирович? – Ответ он знал заранее, поскольку без паузы продолжил: – Косашвили Давид Михайлович, режиссер-постановщик киностудии Грузия-фильм. — Добрый вечер! Чем обязан, Давид Михайлович? Не ошибся, правильно вас назвал? — Нет, нет! Все правильно! Вы очень внимательны, Сергей Владимирович. Извините, что отрываю, так сказать, от отдыха. – Говорил он на правильном русском языке со смешанным грузино-еврейским акцентом. – Мы сейчас планируем к запуску производство художественного фильма, рассказывающего о жизни русской девочки-сироты, оказавшейся волею судеб в Грузии. Сценарий утвержден комитетом кинематографии, согласован бюджет фильма, на центральные роли приглашены ведущие артисты нашего грузинского кинематографа, но нет главной героини. Вы понимаете, да? А нет героини, значит, нет фильма. И вдруг появляется ваша дочь. Вы понимаете, да? Это же стопроцентное попадание. У нее же талант, несомненный талант! Она будет звездой экрана! Я вам это обещаю. Вы понимаете, да? «Прямо какой-то обвал на звездунов!» – подумал Нестеров и, чтобы понять, с кем имеет дело, решил слегка прощупать специалиста в области кинематографии: — А Тамаза Иселидзе вы, случайно, не пригласили на какую-нибудь роль в вашем фильме? — Случайно нет, – Косашвили настороженно посмотрел на Нестерова. – А вы не из КГБ будете? — А с чего вы так решили? — Вопросы задаете. Проверяете меня, да? — Ничего я вас не проверяю. Мы с Тамазом несколько лет назад в Москве познакомились, когда он руку на съемках сломал. Не виделись, правда, давно… — А-а, знаю эту историю, они тогда с Мосфильмом в Подмосковье две серии про войну снимали. Вы извините, Сергей, что я так про вас подумал. Просто Тамаз Иселидзе умер два года назад, обширный инфаркт, прямо на съемочной площадке. Вот я и подумал, что вы меня того… — Да нужны вы мне! Хотя, может, и надо вас проверить: откуда, например, вы знаете меня и нашу девочку? — Вахтанг сказал… — Так, вы еще и Вахтанга знаете? – Удивлению не было предела. — У нас в Тбилиси все заметные люди друг друга знают. Я с ним сегодня после обеда в министерстве культуры случайно встретился. Смотрю, стоит в коридоре у кабинета большого начальника, будто с похорон пришел. «Гамарджоба! – говорю. – Что случилось, дорогой? Ты где лицо потерял?». Он мне все и рассказал про вас, в шоке был, правду говорил. Ему к заместителю министра надо, а с чем идти, ничего же нет. Я Вахтанга хорошо знаю: танцор великолепный, а если дело сделать, не всегда может. «Дай, – думаю, – сам попробую. У меня же фильм горит». Вот и приехал сюда, девочку вашу посмотрел. Слушайте, вы – счастливый отец! Дочь – звезда! Какая пластика, экспрессия! Я вам больше скажу! Хотите? У нее еще нераскрытый артистический талант! Что вы так смотрите, не верите? Голову на отсечение даю – талант! Режиссер был наблюдательным человеком – ни восторга, ни интереса его слова не вызвали. Даже напротив. Выглядел Сергей уставшим и раздраженным, потому что ему до чертиков надоела вся эта камарилья – Вахтанг с Резо, теперь еще режиссер этот. Чего они прицепились? Оленька им нужна, а больше ничего не нужно? А как насчет хрена с редькой пожевать? |