Книга Петля Сергея Нестерова, страница 113 – Руслан Григорьев

А он, если честно, и сам не знал, что его подвигло согласиться с предложением руководства возглавить здешнюю резидентуру. Серьезных доводов, чтобы отказаться, на тот момент не оказалось. Впрочем, их и сейчас не было.

Надо, конечно, надо возникшую ситуацию разруливать. Весь вопрос: как? Он поднял трубку телефона внутренней связи и вызвал зама по безопасности Рогожина. Пересказав разговор с Нестеровым, без всяких экивоков, что называется, в лоб спросил:

— Что думаешь по этому поводу?

Увидев, как забегали глаза безопасника, сообразил: «Хочет, стручок, угадать, какой ответ я от него жду. Хитрый, значит. Ну-ну».

— Станислав Михайлович, – смуглый Рогожин от охватившего его напряжения покраснел. Ему промахнуться нельзя, с резидентом еще работать и работать. – Оперативная обстановка в городе сложная. По данным, которыми я располагаю, в вечернее и ночное время в отдельных районах возможно проведение спецопераций с использованием войсковых соединений. В этой ситуации, учитывая также, что Нестеров находится под наружным наблюдением, проведение встречи с источником крайне рискованно…

Рогожин замялся, поскольку не видел реакции начальства, и резидент, заметив его смущение, с каменным выражением лица «помог».

— Все? Ничего добавить не хочешь?

— Станислав Михайлович, – Рогожин, опасаясь не попасть в настроение руководителя, решил отработать назад. – С другой стороны, прав, наверное, Нестеров. Не будет агент в таких условиях себя подставлять. Он-то жизнью своей рискует. Может…

— Понятно, – жестко перебил шеф. – Михаил… как тебя по батюшке?

— Федорович.

— Вот что, Михал Федорыч. Сам-то хорошо понял, что наговорил? Чего юлишь, а? Хочешь, значит, и нашим и вашим? – Насмешка и издевка звучали в каждом слове. – Помог, называется… Помощник хренов.

Рогожин безуспешно пытался сделать подходящее лицо, но так и не успел сообразить, каким оно должно быть.

— Я тебя хорошо понял, дорогой мой заместитель. Знаешь, иди ты…, откуда пришел, пока я тебя куда-нибудь подальше не послал.

После таких выражений Рогожину только и оставалось, что испариться без остатка.

Станислав Михайлович в который раз прошелся по кабинету. Есть расхотелось, ко всему прочему разболелась голова.

«Давление, – подумал он, ощущая боль в висках и тяжесть в затылке. – Климат, конечно, дерьмо собачье, врагу не пожелаешь. Пассаты с муссонами. Хотя чего теперь говорить; знал, на что шел. – Он сел за стол, сжал голову руками. – Похоже, помощи ждать неоткуда. Разве что в Москву телеграмму отбить? И чего я там напишу: дяденька Мишин, подскажите, что делать? Тогда возникнет встречный вопрос: а на кой хрен такой резидент нужен, который по каждому чиху совет будет спрашивать? Да и не успеют они ответить… – Взяв с левого края стола папку с документами, подготовленными на подпись, открыл ее, но материалы смотреть не стал. – Так что получается? Если запретить выход Нестерова на встречу и все сыграет в минус, спрос будет только с меня, а дам добро, тогда, в случае чего, шишки на двоих поделим. Конечно, отвечает за все резидент, кто б спорил. Но я-то без году неделя в стране, могу ошибиться в такой сложной ситуации. А вот Нестеров на пятом году командировки оступаться не должен. Так что, в случае чего, все вопросы к нему. Как говорят, композитор – гений, а скрипач – бездарность. Но это уж на крайний случай… – Так, потихоньку, резидент подвел себя к решению. – Ладно. Пусть выходит на встречу, но чтобы продумал все до мелочей, по полочкам разложил от А до Я. И безопасность – на первое место, никакой самодеятельности и ненужного риска. Нам только международного скандала не хватало. – Голову отпустило, и на душе стало легче. – Шифровку в Центр все равно надо дать. Как промежуточный вариант. Обострение оперативной обстановки в столице, выход «Грэга» на связь, меры безопасности и все такое прочее. Это я нарисую. Что-что, а писать мы умеем, не зря учились».