Онлайн книга «Вы заказывали убийство…»
|
Емеля устало приоткрыл глаза… Кипящее солнце, разгоняя мглу и туман, поднималось над московскими крышами. Емеля положил руку на пульт компьютера, на экране появился портрет Галины Сорокиной… Нажал клавишу, возникла рекламная картинка сверкающего БМВ Е-600, нажал другую клавиш – красный штрих зачеркнул машину… Эту картинку сменил паспортный портрет Одинокова… Емеля до предела укрупнил глаза – поперечные черточки в зрачках источали холодный блеск… Портрет старшего лейтенанта Кравчука не вызвал интереса, Емеля зачеркнул его красным штрихом… Теперь на экране был контур головы неизвестной личности, обозначенный жирным знаком вопроса и коротким словом «морг»… Догадки и предположения мучили Емелю. В таком деле, которым так отчаянно смело и безрассудно занимался Одиноков, не обойтись без помощников. Но сколько их?.. Если один, то именно он, помимо Одинокова, находился в автомобиле БМВ в момент похищения Галины Сорокиной и именно он окопался в морге… Удобно, всегда на глазах, под рукой… А если их двое или трое?.. Нет… нет… нет. Глава 9 В душе и сознании Гриши произошел надлом. Возможно, это случилось в один из тех коротких моментов, когда кровь успевала очиститься от обволакивающего дурмана, а новая порция еще не была принята. Несколько последних дней он жил у Люси. Близость женщины успокаивала разгулявшиеся нервы, отгоняла страх и заставляла серьезно взглянуть на свою жизнь. Матрац и прочие спальные принадлежности были расстелены на полу рядом со сломанной кроватью. Гриша лежал на спине, уперев в потолок неподвижный взгляд; рядом с ним, на коленях, пристроилась в ночной рубахе его подруга, счастье и тревога смешались на ее лице. — Там я убивал каждый день… Война! Не убьешь – тебя убьют! А здесь – ни одного человека за все годы. Клянусь, Люся… А что на дороге случилось – мой грех, моя вина, но я не хотел! Не хотел, Люся… — А раз не хотел, попроси у Бога прощения… Он всех грешников прощает! — Меня не простит… — Тогда покайся! — И покаяния мало… — Что же остается, Гриша?.. — Искупление! – Он приподнялся на локте, в глазах появился огонь. — Что такое ты говоришь? Мне страшно… — Ты знаешь, сколько стоит человеческая жизнь? — Нет… – тихо призналась Люся. — А я знаю! Она все стоит, если это своя жизнь, и ничего – если чужая! Но не нужна мне такая жизнь! Все! Заплатил сполна! Искупление… Только искупление… — Гриша, Гришенька… На тебе крест, побойся Бога! – Люся гладила широкую волосатую грудь, из глаз лились слезы. – Любая жизнь – и человека, и букашки всякой – принадлежит Богу, и только Он может отнять ее… Гриша расчувствовался, в глазах его тоже появились слезы. — Грех – это зараза… Расползается, пожирает все на пути… Разве остановишь ее?.. Только с корнем… С корнем! Я не боюсь смерти… Я уже десять лет мертвец! — Гриша, не пугай меня… Ты хороший, любимый… единственный… Давай поженимся и уедем в Васильки, к маме… Она одна во всей деревне осталась! Корову купим, кур разведем… Ты знаешь, как хорошо в деревне! На Валдае!.. Я квартиру продам – на обзаведение хватит… У нас еще дети могут быть… Гриша, Гришенька! – Она глотала слезы. — Уедем… Уедем, Люся… И начнем новую жизнь… — Сегодня же заявление подам! — Нет… нет… – Гришу будто что-то осенило, он перешел на шепот. – Никому не говори! Мы тайком от всех… – Он схватил ее за плечи. – Мы убежим! Только собраться надо… |