Онлайн книга «Вы заказывали убийство…»
|
Скуластый вдруг замер и, неуверенно вытянув руки, пошел к Владику. — Глаза… Мои глаза… – Но Владик был безучастен. — Успокойся… успокойся, милый… – Владик отступил, направив на него пистолет. – Что теперь плакать… — Помоги мне… Спаси… – проговорил сквозь стоны Скуластый. — Передок подвел тебя, кретин… Прощай… – Владик нажал курок, последовал сухой щелчок, и Скуластый мешком завалился на росистые листья. Владик приблизился и пнул его ногой. Тот был мертв. И в этот момент Владик почувствовал холод. Замер и медленно обернулся. В нескольких метрах от него стояла ОНА. Тридцатилетняя женщина, истерзанная, некрасивая, худая, с искаженным болью жестким лицом и холодным решительным взглядом. Она едва держалась на ногах, и скованные руки ее сжимали направленный на него пистолет. Эта слабая ничтожная женщина разделалась с ним, как с последним студентом, выставила его на посмешище перед Большим Хозяином и придурком Скуластым и теперь стала распорядительницей его жизни. Он не мог оторвать от нее глаз. Владик был изумлен и унижен, ведь одно незначительное движение пальца – и все… ВСЕ! И не будет воздуха, солнца… «Нет, у меня в руке тоже оружие. Посмотрим, кто кого! Главное, не спешить». — Только… только я могу позаботиться о твоей жизни… Я обещаю… – произнес, глотая слюну, Владик. – Брось пистолет, дура… — Я сама позабочусь о своей жизни… – услышал он бесстрастный скрипучий голос. Страх, всплеск унижения за неотмщенное поражение на ночной дороге или излишняя уверенность в себе заставили Владика вскинуть пистолет и выстрелить, но звука выстрела он не слышал: пуля Любы сразила его раньше. Командировки в бывшие братские республики – на Кавказ и в Среднюю Азию – закалили и научили бороться за право жить корреспондентку ежедневной газеты «ЖИЗНЬ». Люба подошла к убитому Владику, опустилась на колени, взяла пистолет, из которого он только что стрелял в нее, нашла в кармане его куртки свое удостоверение и ключик от наручников, но подняться уже не смогла… Отдохнув немного, она отползла от трупов и попыталась освободить себя, но это оказалось не так просто – руки были стянуты слишком близко одна к другой и ключ при всякой попытке выпадал из пальцев. Наконец в голову пришла счастливая мысль: Люба зажала ключ между зубами и поднесла к нему руки… Минута-другая – наручники звякнули об землю. Люба массировала затекшие кисти. Когда полегчало, она оторвала рукав рубашки и заново перетянула рану. Рядом валялась сухая валежина. Люба подтянула ее к себе и, опираясь на нее, встала на ноги. Заткнув за пояс пистолеты и не теряя бдительности, она направилась к дороге. Каждый шаг отдавался пронзительной болью, кружилась голова, и временами казалось, что вот-вот она упадет и никогда не поднимется, но, всякий раз преодолевая слабость, она продолжала свой бесконечный путь. Через час деревья поредели, и уже слышна была дорога. Кювет она преодолевала на четвереньках, две или три машины пронеслись мимо, но ни одна не остановилась. Вот «Волга». Впереди чей-то «Запорожец», но людей поблизости не было. Она подошла к «Волге»… Особняк Руслана Ивановича в этот час жил своей обычной жизнью. Сменилась охрана, служившая и проживавшая на казарменном положении в лабиринтах обширного владения, подъехали строители, тщательно и ответственно, под постоянным наблюдением охранников, завершавшие строительные работы на территории участка, чистили, скребли, пылесосили все уголки холуи… Садовник расчищал от сорняков две новые прямоугольные клумбы вдоль парадного въезда… |