Книга Тень мертвеца. Последнее дело Фан Му, страница 74 – Лэй Ми

Однако эти дела, занимавшие значительное место на жестком диске, не вызывали у него ни малейшего чувства гордости. Наоборот, от воспоминаний о тех пропитанных кровью днях у него тяжелело на сердце. Потому что он не мог оставаться безучастным. Он был не сторонним наблюдателем, а очевидцем. Он был не судьей, а участником. Эти имена и события стали частью его самого, как две стороны одной монеты или корни одного дерева. Включая части, к которым он больше никогда в жизни не хотел прикасаться.

* * *

Фан Му открыл нижний ящик, где под книгами и папками лежала черная флешка. Он молча смотрел на нее, несколько раз протягивал, но тут же одергивал руку. В конце концов, когда набрался смелости и вытащил флешку, этот маленький кусок пластика, казалось, весил тысячу цзиней.

Там было всего несколько папок. Взгляд Фан Му скользнул по папкам «Седьмой читатель» и «Ма Кай». Наконец курсор замер на папке «Сунь Пу». Он сделал глубокий вдох и дважды щелкнул мышью.

На экране появилось множество иконок, начиная от картинок, таблиц и заканчивая текстовыми файлами. В отличие от ранее просмотренных дел, ни один из этих документов не имел стандартной нумерации. Потому что это воспоминание принадлежало лично Фан Му.

Профайлер закурил, подпер одной рукой щеку и открыл документ с именем «1 (Ричард Рамирес)»…

Так пролетел целый день. Когда он снова поднял голову, за окном были уже глубокие сумерки. В здании Департамента общественной безопасности один за другим гасли огни, а Фан Му сидел в погружающемся во тьму кабинете, не желая двигаться. Словно во сне он видел, как вокруг сидят люди и молча смотрят на него, словно пытаясь найти на его лице ответы, которые они не узнали при жизни.

Но некоторые «почему» связаны отнюдь не с желанием узнать истинный результат, а только лишь с нежеланием.

Фан Му также смотрел на них, и на душе у него становилось спокойнее.

«Хорошее, плохое, красивое, уродливое, доброе, злое – все это существует только в душе. Смерти или жизни достаточно, чтобы мы испытали благодарность. Ведь в поезде жизни мы не больше чем попутчики друг для друга. Мне остается только сохранить корешки ваших билетов и рассказать другим, как научиться жить лучше и избежать самой страшной смерти».

Затем они встали и ушли, один за другим растворяясь в густой темноте. Тем, кто ушел последним, был он.

Может, он и не был самым сильным противником, с которым Фан Му когда-либо сталкивался, но однозначно был самым безумным.

Во лбу у него по-прежнему зияло пулевое отверстие – глубокое, пустое. Он ступал по воздуху, и эта иллюзия была настолько реальной, что Фан Му словно осязал ее. Отчетливо виднелась даже насмешливая и провокационная улыбка.

Фан Му наблюдал за ним, словно находясь в подземной тюрьме, пока он и его улыбка не растворились в воздухе.

В этот момент звук «цзинь» привел Фан Му в чувство. На экране телефона высветилось сообщение:

Я закончила.

Отправитель – Ляо Яфань.

Фан Му пошевелил онемевшими руками и ногами и встал, собирая вещи. Перед уходом он вернулся к столу и записал в блокноте: «Затребовать всю информацию по делу Сунь Пу из Департамента общественной безопасности города Ц.». Боясь, что слова выглядят недостаточно четко, Фан Му провел под ними несколько жирных линий.

Дело Сунь Пу необходимо включить в сборник дел по причине того, что его невозможно забыть.