Книга Тень мертвеца. Последнее дело Фан Му, страница 243 – Лэй Ми

* * *

Лежащий на полу Фан Му дернулся. Его нижняя челюсть зашевелилась, язык с трудом заворочался во рту, и через несколько секунд он выплюнул упаковку с презервативом – вместе с кровью, пеной, сломанными зубами и осколками кости. Отдышался, взял презерватив левой рукой, закусил край упаковки и разорвал ее. В то же время поднес правую руку к уже опухшим глазам и изо всех сил попытался сфокусироваться.

На ногте среднего пальца правой руки виднелся кусочек окровавленной плоти.

На лице Фан Му отразилось облегчение. Он засунул палец в рот и нащупал зубами межфаланговый сустав. Немного отдышался, словно с трудом собирая и без того немногочисленные силы. Затем его тело напряглось, и он безжалостно укусил себя за палец.

От невыносимой боли тело Фан Му свело судорогой, он выгнул спину, глаза округлились, а изо рта вырвался низкий рык. Он едва не потерял сознание, но знал, что не должен сдаваться в этот момент, иначе все усилия пойдут насмарку. В остатках сознания осталась только одна мысль: «Нужно откусить».

Фан Му задействовал силы мышц всего тела. Вслед за отчетливым хрустом его лицо искривилось, а изо рта хлынула кровь. Он забился в конвульсиях и языком вытолкнул сломанную фалангу изо рта.

Время поджимало, Цзян Я должен был скоро вернуться. Лицо Фан Му было покрыто кровью и потом. Дрожа, он положил фалангу в упаковку, засунул ее в презерватив и, с трудом завязав его мертвым узлом, поднес ко рту…

В этот момент за дверью кабинки послышались приглушенные шаги.

* * *

Цзян Я вылез из люка, но вместо того, чтобы подойти к двери, сначала бросился в туалет, пересек его и, приоткрыв заднюю дверь, выглянул наружу. Там по-прежнему царила тишина и лишь порывистый ветер кружил в небе снежинки.

Он нахмурился, запер дверь и быстро вернулся в кофейню. Стук уже прекратился. Цзян Я подошел, открыл стеклянную дверь, но, прижав ухо к рольставням, не услышал никаких необычных звуков, кроме свиста ледяного ветра.

Он шагнул к ближайшему окну, приподнял уголок шторы и осторожно выглянул. На пустынной улице никого не было, и только фонарь, под светом которого снег то белел, то тускнел, слабо мерцал неподалеку.

Возможно, этот стук был производим ветром, раздувающим рольставни, или каким-нибудь пьяницей, возвращающимся с ночной гулянки…

Цзян Я вздохнул с облегчением, опустил штору и повернулся к барной стойке. Едва он сделал шаг, как услышал треск под ногами. Машинально наклонив голову, увидел, что наступил на мобильный телефон.

От нажатия на кнопки экран засветился. Цзян Я посмотрел на телефон и сразу понял, что тот принадлежит Фан Му. Неважно, сделал он это специально или выронил случайно, – эта вещь не должна оставаться включенной.

Цзян Я не стал медлить и несколько раз с силой наступил на аппарат, отчего экран тут же погас, а корпус разлетелся на куски. Цзян Я собрал обломки, вынул аккумулятор и сим-карту и выбросил в мусорный бак у барной стойки.

Спустившись в подпольную кладовку и вернувшись в кабинку, он увидел голого Фан Му, неподвижно лежащего на холодном полу. После ложной тревоги усталость, скопившаяся за ночь, мгновенно навалилась на Цзян Я. Он вдруг почувствовал пресыщение и, более того, страх.

Окровавленный и совершенно неузнаваемый человек перед ним был упрямым до омерзения, ведь даже на последнем издыхании он не забывал препираться и насмехаться над ним. Цзян Я не желал снова слушать Фан Му, поскольку боялся, что навсегда запомнит эти попавшие в самое сердце фразы.