Книга Прогулки в прошлое, страница 23 – Анна Васильевна Дубчак

— На самом деле я редко здесь появляюсь. Приезжаю сюда, чтобы прибраться. Я сдаю этот коттедж. Здесь собирается молодежь, отмечают праздники или просто отдыхают большими компаниями. За сутки я беру двадцать пять тысяч. И это по-божески. Так что, девочки, если кто-то захочет провести здесь, в этом сказочном месте, в лесу, досуг — пожалуйста! Если же кто-то из вас захочет пожить здесь — для вас все будет бесплатно и на любой срок! Это я серьезно!

Рита, мысленно уже поселившаяся здесь и успевшая заскучать в этом огромном доме с белыми диванами, бильярдом и голубым бассейном, выглянула в распахнутое окно, вдохнула в себя крепкий, пахнущий хвоей и влажной листвой воздух и пожала плечами. Что ж, похоже, Верочку не обманули, и эта мадам реально подарила ей машину.

— Кто знает, может, мы и примем ваше предложение, — вежливо отозвалась Рита.

Женя, Борис

После завтрака Женя уединилась в своей комнате, разложила легкий телескопический мольберт, установила на нем подготовленный заранее натянутый холст на подрамнике, достала коробку с красками, кисти, приготовила смесь из разбавителя, льняного масла и даммарного лака, надела фартук — вот теперь обратного хода уже не было, она твердо решила начать рисовать, вернее, как говорят художники, писать.

Но что писать? В голове еще с вечера застряла картинка, навеянная разговором с Борисом, — озеро, по обеим сторонам пейзажа заросли кустов или даже лес, а на самом берегу расстелен плед, на нем сидят две сестры, Рита и Вера. Вот так.

Одно дело, когда рисуешь по фотографии, и совсем другое, когда подключаешь воображение.

Надев тонкие латексные перчатки, Женя принялась за дело. Выдавила на палитру жирные яркие змейки красок, в центре возвела похожую на крем для торта загогулину из белой титановой краски и принялась замешивать мастихином нужный сине-голубой тон воды.

Она всегда боялась белого холста, словно собиралась его испачкать. А потому решила для начала (для храбрости) все же замесить жидковатый раствор краски, чтобы валиком распределить его по всей поверхности холста — чтобы не так страшно было начинать писать озеро.

История, рассказанная Борисом, не выходила из головы. Это же надо! Отправились на пикник, зять вообще слинял, укатил в деревню, типа в магазин, а сам, как блудливый котяра, забрался в постель к продавщице как раз в тот период времени, когда убивали его жену. Вот точно для алиби. Или…

А что, если он вообще такой? Что, если он вообще ни при чем? Хорошо, пусть.

Теперь сестра Рита. Борис уверен, что она была привязана к Вере. И правильно он говорит — если бы она планировала ее убить, зачем же ей так подставляться и убивать ее прямо на озере? Разве она могла знать, что зять уедет так надолго? А что, если бы он вернулся сразу, как только сделал покупки?

Так. Надо рассматривать все варианты, перемешивать эти фигурки — Вера, Рита, Борис.

Что, если Рита и Борис заодно? Что, если между ними была связь (к сожалению, такие комбинации встречаются довольно часто) и они решили избавиться от Веры? Но как же тогда Рита могла допустить, что Борис обеспечил себе алиби, а она, получается, подозреваемая? Ну не дура же она совсем! К тому же разве можно было точно знать, что Борис увяжется за продавщицей и проведет с ней несколько часов? Нет-нет! Чепуха!