Книга Джули Чан мертва, страница 14 – Лианн Чжан

И тогда я вижу ее.

Хлою.

Она лежит на полу за кухонным островом.

Кожа у нее синюшная, в пятнах, обвисшая, будто плохо держится на костях. Засохшая полоска слюны и какой-то дряни тянется из-под фиолетовых потрескавшихся губ по щеке и пятнами ложится на темный деревянный пол. Лицо и шея исчерчены красным, словно она царапала себя, пытаясь вскрыть кожу обломанными бирюзовыми ногтями. Волосы сбились в колтун, черные пряди упали на лицо. Глаза налиты кровью – стеклянные, пустые.

Я застываю. Ничего не чувствую. Ни биения сердца. Ни воздуха. Время полностью остановилось. Я даже не уверена, дышу ли. Хочу отвести взгляд, но не могу.

Мимо с жужжанием пролетает муха. И садится ей на кончик носа.

Меня словно выдергивают из оцепенения. Я сгибаюсь пополам, из меня будто выбивают дух. Из кишечника, из желудка к горлу подступает тошнота – едкая, обжигающая, влажная. Я бросаюсь в ванную, склоняюсь над унитазом, меня рвет, выворачивает наизнанку, пока из меня не начинают выходить одна только пена и желудочный сок. У меня нет сил даже смыть за собой. Я падаю навзничь, затылком укладываясь на мягкий коврик под ванной. Пот покрывает каждую клеточку кожи, каждую конечность. Меня трясет – мне одновременно и жарко, и холодно. Кончики пальцев на руках и ногах колет сотнями маленьких игл. Я не могу совладать с дыханием. Комната мигает, расплывается. Зрение то пропадает, то возвращается, по краям собираются темные пятна. Подо мной твердый пол, но кажется, будто земля ходит ходуном, швыряя меня из стороны в сторону. В какой-то момент я прижимаюсь к жесткой керамической стенке ванны, свернувшись, как младенец в утробе.

Я молюсь, чтобы дверь приоткрылась, чтобы Хлоя – каким-то чудом живая – вошла с тарелкой сочных кусочков манго в руке. Чтобы скользнула ко мне, убрала с лица мокрые от пота волосы, обняла, накормила, уверила, что все это просто дурацкая шутка. Что все в порядке.

Но дверь остается закрытой, и на меня обрушивается жестокая реальность.

Хлоя мертва.

Я несколько раз втягиваю кислый воздух, подтягиваю ноги, сажусь и пытаюсь собраться с мыслями.

Полиция. Да. На этот раз я должна вызвать полицию. Больше нет никаких оправданий.

Бояться нельзя. Это нужно Хлое.

Скользкими пальцами я хватаю телефон, включаю его. Батарея села. Черт.

Где-то у Хлои должна быть зарядка. Я подползаю к туалетному столику, начинаю искать. Ничего. Ну конечно. Кто будет держать зарядку в ванной?

Остается спальня. Но для этого нужно пройти через кухню. Снова увидеть… ее.

Мысли кружатся, образы мертвого тела Хлои жгут глаза.

Так. Перестань думать. Дыши. Дыши. Дыши!

Когда меня немного отпускает, я хватаюсь за раковину, чтобы подняться. Мокрые ладони скользят по гладкой поверхности. Медленно, опираясь о стену, я оставляю влажные отпечатки пальцев на узорчатых обоях. Плещу себе в лицо холодной водой. Поднимаю взгляд – на меня смотрят налитые кровью глаза Хлои, ее сухие, растрескавшиеся губы застыли в безмолвном крике, будто предупреждая меня о чем-то.

Я вскрикиваю и шарахаюсь от раковины.

Это всего лишь мое отражение. Я не включила свет, и кожа в полумраке казалась темной, синеватой. Какая нелепость – испугаться собственного лица. Напряжение чуть отпускает, вот и крошечная передышка.

Ладно. Соберись.