Книга Аплодисменты для мисс Салливан, страница 17 – Виктория Малавийская

* * *

Главное полицейское управление Нью-Йорка встретило Мэгги обычной для подобных мест суетой: хлопающими дверьми, звоном пишущих машинок за стойкой дежурного, резким запахом дешёвого кофе и мокрой шерстяной формы патрульных, только что вернувшихся с обхода под дождём. Стены, выкрашенные в блёклый казённый зелёный, были увешаны разыскными объявлениями и приказами по управлению. Линолеум под ногами был исцарапан тысячами подошв. Мэгги вкратце объяснила дежурному сержанту цель визита, и её проводили в один из кабинетов дальше по коридору — небольшую комнату с обшарпанным столом, шкафом для папок и окном, выходившим на пожарную лестницу соседнего здания.

Навстречу ей поднялся лейтенант — чуть выше среднего роста, спортивной фигурой и той дежурной улыбкой, которая мгновенно располагает к себе даже самых настороженных посетителей. Тёмные, зачёсанные назад волосы, слегка вьющиеся на висках, были уложены со щегольской тщательностью, а на пальцах и запястьях поблёскивало непривычно много колец и браслетов для полицейского на казённом жалованье. Он неспешно перекатывал во рту жевательную резинку, отчего на скулах то и дело проступали желваки.

— Лейтенант Фрэнк Мэллори, — представился он, протягивая руку с той же лёгкостью, с какой иные мужчины протягивают букет. — Присаживайтесь, мисс…

— Салливан. Мэгги Салливан.

— Мисс Салливан, — повторил он и указал ей на стул напротив стола. — Кофе? У нас тут, конечно, не «Уолдорф», но пить можно.

— Нет, благодарю, — Мэгги села, положив блокнот на колени. — Лейтенант, дело срочное. Моя сестра, Элис Салливан, пропала. Соседка утверждает, что не видела её со вчерашнего вечера, и… — она на мгновение замялась, — и рассказала мне вещи, которые заставляют меня всерьёз опасаться за её жизнь.

Мэллори слушал внимательно — куда внимательнее, чем Мэгги от него ожидала, — время от времени делая пометки в блокноте. Он не перебивал, не торопил, лишь изредка уточнял детали: возраст сестры, последний известный адрес, приметы, круг знакомых. Когда Мэгги закончила, он отложил блокнот и посмотрел на неё с выражением искреннего отеческого сочувствия, совершенно не вязавшегося с тем скучающим блеском, который на долю секунды промелькнул в его глазах в тот момент, когда она входила в кабинет.

— Мисс Салливан, дело, судя по вашим словам, действительно серьёзное, — произнёс Мэллори после короткой паузы. — Я бы хотел, чтобы этим занялся лично шеф Харрингтон. У него больше ресурсов, больше связей, понимаете? Если с вашей сестрой действительно случилось неладное, лучше начать с самого верха, чем терять драгоценное время внизу цепочки.

Мэгги слегка удивилась подобной обходительности — обычно заявления о пропавших молодых женщинах, которых в Нью-Йорке случались десятки в неделю, редко удостаивались личного внимания шефа полиции, — но кивнула, слишком встревоженная, чтобы задаваться лишними вопросами.

— Буду благодарна за любую помощь.

— Тогда идёмте, я провожу вас, — Мэллори поднялся, одёрнул пиджак жестом человека, привыкшего выглядеть безупречно в любых обстоятельствах, и первым направился к двери.

Они прошли длинным коридором, где пахло типографской краской от свежих циркуляров, приколотых к доскам объявлений, и ещё крепче — сигаретным дымом, въевшимся в стены за десятилетия. Миновали комнату детективов, где несколько человек в рубашках с закатанными рукавами склонились над машинками и разложенными по столам делами. Прошли мимо архива, из-за приоткрытой двери которого доносился запах старой бумаги и пыли. Поднялись на этаж выше, туда, где коридор внезапно становился шире, а линолеум под ногами сменялся благородным паркетом — недвусмысленный знак того, что здесь начиналась территория начальства.