Книга Безмолвный перевал, страница 34 – Александр Тамоников

На следующий день, 19 марта, в преддверии нового года — 1365-го по мусульманскому календарю, начинавшегося 21 марта, — советский спецназ совершил налет на перевалочную базу у южных предгорий Торгара, они же Черные горы. Здесь в кишлаке, окруженном зеленеющим оазисом, окопался враг.

Долго ли, коротко ли, а пробежали десять дней, и 29 марта начался захват укрепрайона «Карера» в провинции Кунар. Там пришлось сломить сопротивление мощного «кулака» на полтысячи боевиков. Немалая сила, которая длительное время формировала диверсионные группы для нападения на наши гарнизоны, для устройства засад на караваны и отряды, для минирования дорог и, разумеется, для терроризирования местного населения.

Так что март 1986-го выдался насыщенным, вторая половина месяца уж точно. По этой причине Генштаб принял решение в текущем апреле ввести на территорию Афганистана штабы 15-й и 22-й отдельных бригад специального назначения, а заодно с ними отряды спецрадиосвязи и подразделения обеспечения и обслуживания.

— Ну вот, все интересное без нас происходит, — с нарочитым недовольством пожаловался Лепилин. — Я уж думал, нас не позовут.

— Ага, можно подумать, мы до этой командировки прям без дела сидели, — откликнулся Дубко.

— Я понимаю, о чем вы, мужики, — сказал Богданов. — Я тоже рад, что группа «Дон» снова вместе.

* * *

До поры до времени обстоятельства складывались в высшей степени благополучно, удача улыбалась спецназу ярче афганского солнышка. «Зеленка» на берегу Гильменда никак не реагировала на провокации, видимо, моджахеды сюда еще не вернулись. Еремин довольно быстро прислал своих людей, которые, не тратя времени даром, отправились ловить верблюдов. Если управятся в течение ближайшего часа, то караван будет готов раньше намеченного Балохом срока.

Богданов намеревался потратить запас времени на подготовку своих ребят. Конечно, они довольно опытные, побывали в разных переделках, с начала Афганской войны проходили акклиматизационную подготовку в Средней Азии, в том числе в тренировочном лагере в туркменском Тахта-Базаре. В разные годы то один, то другой выезжали с разными миссиями в ДРА. И все же в Регистан они попадут впервые.

От инструктажа полковника отвлекла «таблетка». На военном жаргоне так зовется медицинская эвакуационная машина на базе МТЛБ. Предназначается она для перевозки раненых, и в составе ее экипажа два хирурга. Куда же выехала она на бешеной скорости? Фельдшера с какой-то стати оставили в лазарете, поэтому Богданов, извинившись перед командой, заспешил к нему. Плановые операции сегодня не проводились, и это означало лишь одно: где-то произошел теракт или нападение на наших бойцов, отчего понадобилось отправить к месту происшествия «таблетку».

К счастью, опасения напрасны, в окрестностях гарнизона происшествий нет, зато в самом лагере кое-что случилось. Слегли с лихорадкой сразу несколько солдат, теперь их везут в Кандагар, в инфекционное отделение тамошнего госпиталя.

— «Несколько» — это сколько? — уточнил Богданов.

— Шестеро, — ответил фельдшер Земляков.

Удручающая реальность войны состоит в том, что семеро из десяти бойцов, попадающих в госпиталь, не ранены и не травмированы в бою, они пострадали из-за инфекций. Отчасти повинны в том наивность и безалаберность: солдаты рассчитывали, что пневмония и бронхит возможны только в холодном климате, ну никак не в пустыне, хотя здесь эти болезни получили массовое распространение. Так же обстояли дела и с другими инфекциями. Трудно крепкому, здоровому парню дается та мысль, что его, которого душманские пули не берут, может загнать в могилу какой-то жалкий микроб.