Книга Развод. Разве это была любовь?, страница 16 – Елена Полярная

И оказавшись в таком красивом месте, ещё и рядом со сценой, сев на мягкий, обитый бархатом стул, я с горечью осознала, что не могу вспомнить день, когда Саша в последний раз хоть куда-то меня водил.

Поначалу, конечно же, всё было иначе, и мы что-то планировали на выходные, куда-то выбирались, придумывали, как себя занять, а потом... Потом любовь мужа начала угасать, и я всё чаще слышала «я устал», «не сегодня», «не хочу», «там нечего делать», «мы можем и дома хорошо отдохнуть», пока в итоге я перестала о чём-либо его просить и намекать на свидания.

Но только в зале потушили свет и заиграла музыка, как я сразу же забыла о Саше, внимательно следя за происходящим на сцене, удивляясь мастерству актёров, их многогранности, способности вжиться в роль и позволить нам, зрителям, на несколько часов забыть, что это просто спектакль.

Александр

Не знаю, что это на меня нашло, но я сорвался. Сначала Надя с её новостью, потом Лера со своим странным поведением и воровством моих денег, а вслед за этим абсурдное обвинение меня в умышленной попытке расплатиться в ресторане ненастоящими деньгами. Как будто я такой идиот, что мог так тупо подставиться.

Ну и не обошлось без участия выпитого пива, ударившего в голову. Ещё и управляющий ресторана оказался редкостным козлом. Нет чтобы выслушать меня и войти в моё положение, сообразив, что меня самого надули и я в этой истории пострадавшая сторона, он меня спровоцировал своей надменной рожей и грубым обращением, так что я с ним словесно зацепился, в конце послав в жопу и толкнув, что спровоцировало охранников заведения.

Но я не кидался на него с кулаками и, по сути, даже пальцем его не тронул, как он потом заявил в полицию, выставив меня настоящим мудаком.

Ещё и полицейские были на его стороне, и оказалось, что все деньги в моём кошельке, включая мелкие купюры, помечены надписью «Билет Банка Приколов. Не является платёжным средством».

И как я ни пытался доказать, что я не имею понятия, почему у меня оказались фальшивые, да даже не фальшивые, а игрушечные деньги, у меня не вышло оправдаться.

— Ребята, ну вы серьёзно? Я, по-вашему, что, такой идиот, что стану так свободно в таком дорогом заведении расплачиваться фальшивками? Ну это же надо быть имбецилом, чтобы провернуть такое!

— У нас в стране достаточно дебилов, которые сначала сделают хрень, а потом притворяются, что они тут ни при чём, — пробубнил управляющий, снова меня спровоцировав.

И вот знал же, что надо держать себя под контролем, чтобы не наделать глупостей, но не смог, так сильно разозлившись, что мы с мужиком снова зацепились, а потом ещё и с младшим сержантом, немного перегнув... Сильно перегнув.

Как итог, эти суки меня скрутили и увезли в участок, бросив за решётку, чтобы я, как они выразились, протрезвел до утра и успокоился.

Такого унижения я в своей жизни ещё не испытывал. И мне даже представлять не хотелось, чтобы обо мне подумали родные и друзья, узнав, что меня заперли в обезьяннике как какого-то алкаша или бездомного.

А ведь завтра в девять часов я должен быть на работе! И эти сволочи даже не дали мне позвонить родителям, хотя у меня по закону было право на один звонок.

Устало упав на лавку, морщась от зловония камеры, стараясь не думать, что это воняет мочой, я вспомнил слова любовницы: «Саша, это жесть! Я не только беременна, но у меня ещё и хламидиоз».