Книга Граф в моей постели, страница 70 – Нина Венс

Так он начал помогать. Не превратился внезапно в хорошего человека, не получил прощения. Просто сделал то, что должен был сделать раньше.

Бреннер принёс свой договор. В нём действительно значилось обещание освобождения после оценки одного крупного семейного лота. Ниже мелкими буквами было приписано, что окончательное качество работы определяет управляющий. Никакой независимой проверки не предусматривалось.

Я спросила, когда он заметил эту строку. Оценщик ответил: сразу. Просто был уверен, что сумеет оказаться полезнее остальных. Теперь его собственное оправдание лежало на столе, и он не мог сослаться на непонимание текста.

Вера зарегистрировала договор отдельно. Обман Мирова подлежал проверке, как и действия Бреннера. Одно не отменяло другого. Марта попросила внести в дело её воскресенья и расписку Аглаи. Оценщик удивился последней. Капитан объяснила, что испорченная наволочка тоже принадлежала живому человеку.

Он впервые коротко рассмеялся — без превосходства, с усталой неловкостью. Потом записал долг собственноручно. Мне не хотелось делать из этого большого знака перемены. Пока это была всего лишь честная строка. Но именно с такими строками предстояло работать дальше.

Август объявил, что управляющий остаётся под надзором до разбирательства. Миров кивнул, не поднимая головы.

В окне светлело. Я увидела, как по новому мосту прошла женщина с корзиной. Она не остановилась полюбоваться спасённым городом, потому что торопилась по делу. Для меня это стало самым убедительным признаком, что работа Евы удалась.

Марта появилась в хранилище с верёвкой через плечо и солью на рукавах. Её договор лежал у меня на столе. Я показала ей исправленную запись и попросила подтвердить первоначальное условие.

Капитан произнесла его слово в слово. Она действительно согласилась отдать одно воскресенье за ремонт. Этот день нельзя было вернуть без нового соглашения: сделка была добровольной. Всё остальное Бюро забрало незаконно.

Марта долго смотрела на пустой квадратик в календаре. Потом сказала, что один день оставит как плату за двигатель. Ей хотелось выйти из этой истории без чужого долга на руках. Когда остальные воскресенья вернулись, на календаре проступили числа. Капитан села, сняла шапку и вдруг совершенно растерялась. За годы она разучилась планировать день, который никому не должна отдавать.

Адриан предложил прогулку. Марта ответила, что у неё судно, экипаж и масса работы. Елизавета Павловна молча вычеркнула ближайшее воскресенье из графика дежурств. Спорить с ней капитан не стала.

На пристани капитан остановилась возле пустой скамьи. Села, положила шапку рядом и через несколько секунд снова встала: на судне нужно было проверить крепление. Адриан предложил проверить сам вместе с матросом. Марта начала объяснять, где искать нужный конец каната, потом осеклась и разрешила.

Я осталась возле скамьи. Капитан посмотрела на воду и сказала, что боится разучиться работать, если действительно начнёт отдыхать. Это признание прозвучало тише всех её приказов. Я ответила, что одна свободная минута вряд ли потопит судно, особенно пока на нём работают другие.

Марта недоверчиво проследила за Адрианом. Он спросил совета у матроса, затем сделал, как ему показали. Ничего не рухнуло. Капитан снова села.