Книга Расставание по согласию. Книга 1, страница 90 – Цзюлу Фэйсян

Паутина залепила глаза и уши, окутав меня плотным удушающим саваном. Я словно провалилась в глухое море: ничего не было слышно, в ушах будто вата и звон, который отрезал от меня скрежет паучьих клыков и все прочие звуки.

Меня подвесили вниз головой.

Только тогда сквозь плотную пелену я смутно разглядела очертания помещения – довольно большого каменного зала с массивными сталактитами на потолке. У входа через приоткрытую каменную дверь пробивалась полоска тусклого света.

Все внимание нечисти было приковано к этой двери. Они словно чего-то ждали и одновременно боялись. В зале повисло напряжение, как в воздухе перед грозой.

На меня никто не обращал внимания, и я начала лихорадочно соображать, как выбраться из паутины. Попыталась высвободить руки, связанные за спиной, задействовала духовную силу – и тут же нить, что первой прилипла к плечу, вдруг вонзилась в кожу, словно раскаленная игла.

Я почувствовала, как в тело вливается холод, липкий, смертоносный, расползающийся по венам. Меня затрясло, прошиб ледяной пот, сердце забилось рвано и через боль. Из моего рта хлынула черная кровь.

И тут я вспомнила: ядовитые пауки, поймав добычу, впрыскивают в нее яд, заворачивают жертву в паутину и терпеливо ждут, пока отрава растворит внутренности, превратив их в питательную кашицу. А потом эти создания просто выпивают содержимое…

Кажется, я стала обедом для паука-оборотня…

Голова кружилась все больше. Я с трудом пробудила духовную силу, чтобы противостоять яду и замедлить его распространение.

И в этот момент каменная дверь разлетелась вдребезги от чудовищного толчка. Ударная волна прокатилась по залу, сотрясла паутину, и все мое тело затрепетало, как струна.

В проем кто-то вошел. Мои глаза застилала мутная пелена, я не видела лица вошедшего, а шум внизу был почти тишиной для моих заложенных ушей. Даже течение времени стало каким-то неопределенным, рваным.

Мне показалось, я моргнула – и нечисть внизу затихла, застыла, словно кто-то приостановил время. Моргнула еще раз – и вошедший уже сжимал в руках голову паука.

Просто сжал эту жуткую голову с восемью глазами, как будто не прикладывая усилий, словно давил переспелый плод, и череп взорвался, разбрызгивая вокруг черную слизь.

В тот миг, когда паук лишился головы, державшая меня паутина ослабла. Я выскользнула из нее, кувырнулась в воздухе и наконец разглядела лицо вошедшего.

Кто же это мог быть, если не Се Чжо.

Только вот таким я его никогда не видела. Ледяное, чудовищное намерение убивать читалось в каждой черте его лица. Он был похож на асуру ^[35], восставшего из Преисподней. Его смертоносная ци заполнила весь зал, давила на плечи, не давала дышать. А под его ногами растекалась кровь, черная, густая, дымящаяся.

Если подумать, это был первый раз, когда я видела, как Се Чжо убивает.

Жестоко. Четко. Без колебаний. Каждое движение – отточенное тысячами битв, каждый удар – смертельный. Он явно прошел через такое, о чем я не имела ни малейшего представления.

Я открыла рот, чтобы позвать его, но тут Се Чжо, словно почувствовав мой взгляд, поднял голову.

И в это мгновение все изменилось. Убийственная ци схлынула, словно ее и не было. Жестокое выражение исчезло с его лица, точность движений сменилась торопливостью. В его глазах плескались только страх и тревога за меня.