Книга Расставание по согласию. Книга 1, страница 38 – Цзюлу Фэйсян

Я прикрыла глаза, заставляя себя успокоиться. Нужно было погасить бурю чувств и вернуть холодный рассудок. Когда сердцебиение выровнялось, я снова посмотрела в окно на безмолвную, заснеженную бамбуковую рощу.

Мысли прояснились, став такими четкими впервые с момента нашего попадания в эту временную петлю.

«Хорошо, Се Чжо. Раз игры закончились и ты первым перешел к решительным действиям, я не отстану».

Я вышла из хижины и дважды постучала по нефриту в ухе. Кожа нагрелась, и короткая дрожь сообщила, что связь возобновилась.

— Видишь? – сухо спросила я, зная, что Се Чжо на той стороне теперь смотрит на мир моими глазами.

В голове раздалось короткое, равнодушное:

— Угу.

Губы сами собой скривились в холодной усмешке.

— Тогда смотри внимательно. Думаешь, ты один искусно умеешь причинять боль и унижать? Я в этом деле тоже кое-что умею.

Решительным шагом дойдя до пещеры, я вошла под ее своды.

Се Сюаньцин сидел на прежнем месте, привалившись спиной к холодной каменной стене. В руках он вертел кусок бамбука – ту самую заготовку для флейты, которую я притащила ему раньше. Услышав шаги, он вскинул голову, и его лицо на мгновение просветлело.

— Цзюся, ты вернулась? Тот бамбук, что ты оставила… Я подумал, что все-таки смогу…

Я не дала ему договорить. Сжав губы в тонкую линию, я ожесточила свое сердце и, подлетев к мужчине, вырвала недоделанную флейту.

Резкий замах – и бамбуковый ствол отлетел в темный угол, с треском ударившись о дальнюю стену пещеры. Звук эхом отразился от сводов, точь-в-точь как звон разбитой чаши с кашей, которую Се Чжо опрокинул перед Ся-Ся.

Се Сюаньцин застыл. В его глазах читалось полное смятение.

Я набрала побольше воздуха и, не позволяя себе ни мига на сомнения, шагнула вплотную к оборотню. Опустившись на одно колено, я обеими руками схватила края его одежд и с силой дернула их в стороны.

Ткань поддалась, обнажив грудь Се Сюаньцина. Я увидела все: очертания ключиц, рельеф мышц, свежие, еще кровоточащие раны, переплетенные со старыми, побелевшими шрамами. И, конечно же, то, ради чего я пришла.

На его шее на простом черном шнурке висел прозрачный, словно слеза, камень, испускающий слабое голубоватое свечение.

Выражение лица Се Сюаньцина стремительно менялось: от недоумения к изумлению, а затем к глубокому потрясению. Даже такой сдержанный и закрытый мужчина, как он, не выдержал моего напора. Он судорожно вздохнул и непроизвольно отпрянул, вжавшись затылком в шершавый камень стены.

А я тем временем перехватила амулет у него на шее, крепко сжала в ладони и с силой рванула на себя. Тонкий черный шнурок не выдержал и лопнул. Драгоценный камень оказался в моей власти.

Взгляд Се Сюаньцина метнулся к моей руке, и он попытался схватить ее.

— Цзюся!

Я резко выпрямилась и отскочила на пару шагов, увеличивая расстояние между нами.

Он невольно дернулся следом, пытаясь поймать меня за край одежды, но израненное тело подвело его. Ноги подкосились, и Се Сюаньцин бессильно осел на пол. Его грудь обнажилась под распахнутыми одеждами. Одной рукой он неловко пытался прикрыться, а вторую протягивал ко мне в жесте, полном отчаяния и мольбы.

— Это нельзя трогать, – прохрипел он, смотря на меня снизу вверх, и в его взгляде было столько беспомощности, столько неприкрытой боли, что у любого дрогнуло бы сердце. – Не глупи.