Книга Невезучая помощница для орка-магната, страница 13 – Виктория Грин

Оркушастик?! Орку… что! Как она только что меня назвала?!

— Оркушастик? — фыркнул я, прищуриваясь.

Эвиания кивнула.

— Ну, ты же орк. Еще у тебя кончики ушей острые. Поэтому оркушастик.

Я рассмеялся. Надо же, эта десятилетняя девчонка удивляла меня все больше. Она была искренней, веселой, живой и, как приятный бонус, разбиралась в инженерном деле.

Я уже хотел спросить, как давно она чувствует эфир, как в кабинет вошел посторонний мужчина.

При виде того, как Эвиания с визгом бросилась в его объятия, я понял — это ее отец.

Мне хотелось узнать ее лучше.

Вечером, когда вернулся домой, мать сообщила мне, что завтра я уезжаю учиться в другую страну.

Выбора у меня не было.

На протяжении пятнадцати лет, что я прожил в других странах, я вспоминал Эвианию. Мне было интересно, как она выглядит, чем занимается, как сложилась ее жизнь.

А потом, когда отец серьезно заболел и передал корпорацию в мои руки, я вернулся в Аэроград.

В архивах корпорации был лишь ее старый адрес и сведения о том, что отец голубоглазой девчушки погиб пятнадцать лет назад.

Я поставил себе цель найти Эвианию. Знал, что ее умения слышать металл и чувствовать эфир могут помочь корпорации достичь нереальных высот в создании различных технологий.

Ну и попросту, мне было интересно увидеть ее. Узнать, как у нее дела, взглянуть в ее красивые голубые глаза.

И я нашел ее. И мне хватило одного взгляда, чтобы понять, чего мне не хватало все эти пятнадцать лет! Что я так отчаянно пытался найти все эти годы…

Эвиания

Эриас откинулся на спинку кресла, пронзая меня синевой своих глаз.

Странно, но отчего-то его лицо казалось таким знакомым. Словно мы уже встречались. Но это было так давно, что я уже и не вспомню где.

— Господин Эриас, — я нервно скрестила пальцы в замок, — не подумайте, что меня что-то не устраивает или я на что-то жалуюсь. Напротив, я вам очень благодарна, просто… — мой голос дрогнул. Я закусила нижнюю губу, думая, как бы лучше сказать, — до меня дошла новость, что вы не поощряете переработки. И даже выгоняете сотрудников, если они задерживаются.

Ну вот, сказала. Надеюсь, не уволит.

В кабинете повисла гнетущая пауза, нарушаемая лишь тиканьем механических часов.

— Потому я и хотела уточнить, может, в моем контракте какая-то ошибка и…

— В вашем контракте нет ошибок, мисс Эвиания, — сухо констатировал Эриас. — Еще вопросы?

Я подняла на него полный непонимания взгляд и продолжила:

— Значит, и в отношении личной жизни тоже нет ошибки?

Эриас нахмурился. Кажется, наш разговор начинал его злить.

— За прошедшие сутки у вас уже кто-то появился? — его ледяной голос полоснул по моим и без того натянутым нервам.

— Нет, — я отрицательно покачала головой, чувствуя, как к горлу подступают слезы. Еще немного и я расплачусь от обиды и несправедливости. Как же так! Почему именно я? Да что я ему сделала! — Просто, я слышала, что вы поощряете, когда служебный роман перерастает в семейные узы.

Эриас хмыкнул и вышел из-за стола. Обогнул его и, нависнув надо мной мощной громадиной, внимательно посмотрел в глаза. Одной ладонью он уперся в стол, второй сжал спинку кресла.

Я была в ловушке.

— У вас всё так «просто», — он выделил слово, которое я произнесла уже дважды. — Да, я поощряю семейные узы и не поощряю переработки, но… — Эриас склонился ниже, отчего наши губы оказались в опасной близости друг от друга. Я ощутила его горячее, мятное дыхание на коже, — в отношении вас, у меня особые планы, мисс Эвиания. Поэтому и такие условия.