Книга Королевы и монстры. Месть, страница 54 – Джей Ти Джессинжер

Я несколько часов работаю за компьютером, пока меня не начинает клонить в сон. Открываю последнюю упаковку лакричных конфет и съедаю все. Потом принимаю душ и долго стою под горячими струями, размышляя обо всем, что случилось со мной с момента отъезда из Сан-Франциско. И о том, что скажу Малеку, когда увижу его в следующий раз.

Потому что я знаю, что следующий раз будет. Нутром это чую.

В отношениях между нами еще остается слишком много недосказанности. Он хочет меня ненавидеть, и какая-то его часть так и делает. Но другая часть –  нет. Судя по прошлой ночи, эта его часть находится в штанах.

Понятия не имею, что со всем этим делать. Эта ситуация настолько далека от моей компетенции, что я с трудом могу здраво мыслить. Я просто интроверт, который любит книги, конфеты и споры с незнакомцами в Интернете. Для меня самое большое приключение –  это начать смотреть новый сериал. Я живу в одном из самых оживленных городов на свете, да, но большинство моих приятелей такие же развеселые, как черствый хлеб. Это компьютерные гики. Фанаты видеоигр. Философы из кофеен с отросшими паклями, степенями в гуманитарных науках и, может быть, лишней парой гениталий. Ладно, последнее довольно увлекательно, но вы поняли мою мысль.

В моем мире нет гангстеров. Нет пистолетов, насилия, явок или частных джетов.

И прежде всего в нем нет огромных, устрашающих русских киллеров, одержимых возмездием, которые вламываются в мою спальню среди ночи, подавляют меня своим тестостероном и зацеловывают до того, как я оказываюсь на волосок от смерти.

Я не знаю, что делать.

Если позвонить кому-нибудь из своих друзей и рассказать историю последних нескольких недель, меня бы спросили, как давно я была у психиатра в последний раз.

Никто бы в это не поверил. Я в это не верю.

И мне очень нужен план. Хотя об этом неприятно даже думать, но именно так поступила бы Слоан. Она бы оценила ситуацию и составила план. План, который переломил бы игру и оставил лишь кучку тлеющих головешек за ее спиной.

Единственная тлеющая головешка, с которой я в последнее время имела дело, –   это мои трусы в тот момент, когда меня целовал Малек.

В душе я провела так долго, что едва не сварилась. И у меня до сих пор нет стратегии. Вытираю волосы и тело насухо, заворачиваюсь в полотенце и чищу зубы. Потом протираю зеркало над раковиной от пара и чуть не умираю от инфаркта.

Малек возвышается прямо за мной, сверкая бледными глазами из-под опущенных бровей.

Моя реакция чисто инстинктивна. Мигом разворачиваюсь и бью ему ладонью по лицу.

Призрак даже не сдвигается с места. Просто продолжает стоять и дымиться от злости.

— Я тоже рад тебя видеть, Райли Роуз.

По его хриплому голосу понимаю, что он успел неплохо меня рассмотреть, особенно когда я выходила из душа. К щекам приливает жар. В ярости даю ему еще одну пощечину, на этот раз со всей силы.

Он облизывает губы и с жаром произносит:

— Я же говорил тебе, что у меня член встает во время драки?

Затем рывком прижимает меня к груди, берет в кулак мои влажные волосы и целует.

Это не сладкий мягкий поцелуй, как прошлой ночью. Он дикий. Настойчивый. Собственнический. Больше напоминает декларацию: задиристое самоуверенное заявление, что он может приходить когда захочет, и никто на свете –  включая меня –  ни хрена не может с этим поделать.