Книга Королевы и монстры. Месть, страница 158 – Джей Ти Джессинжер

— Ты думал, я тебя уволю?

— За то, что испортил тебе свадьбу? Ну да.

— Не драматизируй. Ничего ты не испортил. Просто устроил маленькое шоу.

— Твоя жена придерживается того же мнения?

— Было бы неплохо, если б хоть кто-то иногда прикидывался, что мое мнение здесь имеет значение.

Опускаю глаза на стакан у меня в руках. Я так крепко его сжимаю, что у меня костяшки белеют. Никак не могу выкинуть свадебный вечер из головы. Он снова и снова прокручивается у меня перед глазами, мучая меня. Этот чертов русский ублюдок. Нужно было пристрелить его в туалете, когда был шанс. А теперь он –  семья. Чертова семья. Какой-то дурной сон.

Сквозь стиснутые зубы спрашиваю у босса:

— Они вернулись в Россию?

Он отвечает не сразу.

— Ага. А тебе я настоятельно советую обо всем этом забыть.

Это невозможно, но я прикусываю язык.

— Паук. Посмотри на меня.

Мигом поднимаю глаза.

— Ты хороший человек. Верный и храбрый. Ситуация далека от идеальной, но приходится принимать ее такой, какая есть.

— Как ты можешь быть настолько спокоен? Он хотел тебя убить!

— Ну да. Но я особо не могу его винить, правда? Если бы он убил моего брата, я бы тоже захотел его убить.

С горечью признаю:

— Как великодушно.

— Пора тебе сосредоточиться на делах, братан. Мне нужна твоя ясная голова. У нас тут целый фонтан из дерьма. Я только из-за Кейджа с итальянцами могу своего бесценного разума лишиться.

— А что не так с Кейджем? С учетом его присутствия на вашей свадьбе я подумал, что вы заключили некое соглашение.

Он поднимается и идет к окну. Складывает руки на груди и смотрит в вечернее небо.

— Я задолжал ему мазу. Он потребовал оплату.

Мои брови тут же нахмуриваются.

— В качестве мазы он получил приглашение на свадьбу?

Деклан мрачно смеется.

— Нет, это была чистая политика.

Понимающе мычу в ответ.

— Ваша жена и его.

— Ага.

— Так какую же мазу он хочет?

— Чтобы я убил одного из его людей.

Жестко, но меня это не удивляет. Русские –  животные. Они могут пожрать собственный приплод, если достаточно проголодаются.

— За что?

— Предательство.

— Почему он сам не убьет пацана?

— Потому что обещал своей жене никогда не трогать этого человека.

Он оборачивается и смотрит на меня.

— И для Кейджа это идеальная подстава.

Когда я говорю: «Ставрос», Деклан лишь кивает.

— Уф. Если Слоан узнает…

— Я лишусь яиц. Надо признать, этот сукин сын умеет грязно играть.

— И что ты будешь делать?

Он снова отворачивается к окну. Уголок его губ приподнимается в легкой улыбке.

— То, что делаю всегда, когда у меня есть только два дерьмовых варианта. Создаю третий.

Объяснений не получаю, но я их и не спрашиваю. Если бы он хотел рассказать, так бы и сделал.

— А что с итальянцами?

Он тяжело вздыхает и проводит ладонью по лицу.

— Да они сумасшедшие. Вся их братия. Ты знаешь, что они до сих пор заключают договорные браки?

— Они ждут не дождутся, когда ты женишься на одной из их девчонок!

— Ну, очевидно, теперь это буду не я. Но у Карузо засела в голове мысль отдать одну из дочерей за ирландца.

Джанни Карузо –  глава одной из Пяти Семей. С тех пор как «капо» Коза Ностра некоторое время назад убили, сицилийцы грызутся друг с другом за это место. Но пока никто так и не добрался до вершины.

— Почему мы?

— Потому что мы такие очаровательные красавцы, –   сухо отрезает Деклан.