Книга Развод. В одном направлении, страница 48 – Ева Шах

Я прочитала и вдруг почувствовала, как что-то тёплое расправляется внутри. Не от слов про Егора. От слов «ты всё ещё та самая». Иногда важнее всего услышать не «какая ты сильная», а «я тебя вижу сквозь весь этот шум».

К обеду приехала Лёка. Конечно. Она вообще обладала удивительным чутьём на мои внутренние развилки. Или просто знала, что если меня слишком долго оставить одну с мыслями, я либо уйду в философию, либо начну разбирать себя по частям.

— Срочно, — сказала она, заходя с пакетом. — Инъекция самооценки.

— Если там вино, то я заранее согласна.

— Лучше, — заявила она и торжественно вытащила коробку. — Помнишь, твоя мама говорила про чёрное платье? Так вот.

Я уставилась на неё.

— Ты купила мне платье?

— Не ори так, будто я тебе сразу нового мужа притащила.

Платье оказалось простым, чёрным, с правильным вырезом, мягкой тканью и тем самым фасоном, который не кричит «посмотрите, я женщина!», а просто спокойно сообщает: да, я женщина, и мне не нужно об этом извиняться.

— Лёк...

— Без этих твоих «зачем» и «не надо», — отрезала она. — Это не для того, чтобы ты пошла охотиться на самцов. Это для того, чтобы ты сама на себя посмотрела не глазами уставшей матери, разведённой женщины и кризис-менеджера по чужим косякам.

Я примерила.

Иногда один кусок ткани делает с психикой больше, чем два месяца разговоров. Я встала перед зеркалом и замолчала. Потому что там была не «бедная Варя», не «бывшая жена Дорина», не «мама, которая только что мыла ванну и отвечала на вопросы про дроби». Там была я. Собранная. Живая. С телом, лицом, шеей, талией, взглядом. Не фоном. Не функцией.

— Ну? — спросила Лёка.

— Я выгляжу как человек, у которого есть жизнь, — сказала я.

— У тебя и есть жизнь, — пожала плечами она. — Просто иногда тебе нужен визуальный эффект, чтобы мозг догнал очевидное.

Мы пошли в кафе рядом с домом. Не в пафосное место с авторской подачей и салфетками сложнее моей семейной истории. В обычное, уютное, где пахло корицей, кофе и людьми, не знающими, кто такой Егор Дорин.

Я сидела в чёрном платье, с чашкой кофе и куском чизкейка, и вдруг ощущала себя почти нелепо счастливой. Не потому что всё наладилось. И не потому что я «вышла в люди после развода». Боже упаси, звучит как курс у блогерши из серии «воскресни за три сторис». Просто потому, что я снова была в мире как женщина, которая может сесть в кафе и быть не только чьей-то мамой или чьей-то бывшей.

Телефон завибрировал.

Егор.

«Дети сказали, что мама сегодня будет красивая и занята. Подтверждаю только вторую часть или всё вместе?»

Я уставилась на экран и почувствовала, как предательски дёрнулся уголок губ.

Показала сообщение Лёке.

— О-о-о, — протянула она. — Ну всё. Мужик начал видеть.

— Он и раньше видел, — сказала я тихо. — Проблема была в том, что потом слишком быстро забывал.

Это, кстати, и было самым неприятным. Егор никогда не был мужчиной, который сознательно унижает, обесценивает или не замечает женщину из принципа. Наоборот. Он умел восхищаться. Умел видеть. Умел хотеть. Просто в какой-то момент его «вижу» стало слишком эпизодическим на фоне общего режима «сейчас не время». И именно поэтому от его редких, точных фраз до сих пор иногда так било.

Я ответила:

«Подтверждай всё вместе. И да, пока без новостных заголовков.»