Книга Невесты в погонах, страница 3 – Наталья Нестерова

— Офицеров живых! В плен! Для показаний!

Военного прокурора держали в госпитале по приказу генерала. Петя был ранен ерундово: сквозное в плечо, кость не задета, да перелом голени. Петя злился, но ведь без документов из госпиталя не уйдёшь. Он прокурор, не имеет права нарушать приказ, если стоит на страже закона.

Наконец генерал почтил его своим визитом.

— Ну-с? Как самочувствие?

— Вашими молитвами, – ответил ехидно прокурор.

— Меня, собственно, что интересует…

— Что с бойцами и всем этим братанием? – без намёка на чинопочитание перебил Петя.

— Никакого состава преступления. Провокация противника. – Генерал не обиделся на явное отсутствие даже формального уважения.

— Хорошо, – откинулся на подушку военный юрист. – Что вас, товарищ генерал, интересует?

— Какого чёрта там, в окопчике, ты на моих яйцах танцевал?

— Осмелюсь доложить: в случае смертельного ранения хотел прикрыть ваше драгоценное тело своими бренными останками. Позвольте вопрос?

— Валяй!

— Они, ваши яйца, случайно не из свинца? Как я умудрился ногу сломать?

Генерал польщённо рассмеялся и протянул руку:

— Вася!

— Петя! Приятно познакомиться.

«Таким было начало настоящей мужской дружбы», – говорил маршал во время застолий, поднимая тост за Петю.

Воспоминание о той истории всегда приводило маршала в благодушное настроение. Вот и сейчас скрасило проигрыш, хотя обычно он нигде, ни с кем и ни во что не любил проигрывать – до детской обиды переживал.

— Ты мне мог оттоптать самое дорогое, – шутливо попенял маршал Вася.

— Напротив! – возразил генерал Петя. – У тебя до войны всё девки рождались, а как я массаж сделал, так ты сына родил.

— Да у меня там броня! – гордо похлопал себя маршал ниже живота.

— Это хорошо, Вася, что твоя броня на правильном месте. А то, знаешь, у некоторых, не будем показывать пальцем, она мозги прикрывает.

Потом он заговорил серьёзно. О том, что происходит в ГСОВГ – Группе советских оккупационных войск в Германии, что в производстве есть дела об изнасиловании нашими военными немецких гражданок. Большинство – туфта. Она ему через забор дала, он, дундук, немецкого не знает, расплатился буханкой хлеба и банкой консервов, она же рассчитывала на хорошую сумму в марках. Случаев грубого и жестокого изнасилования практически нет. Если сравнивать с Москвой, то меньше в сто пятнадцать раз. С другой стороны, в Германии более миллиона наших военных. Большинство – молодые горячие кобели, им баба из-за угла коленку покажи, они голову теряют. Знают! Отлично знают, тысячу раз вколачивали, что за связь с местным женским населением пойдут по статье «Изнасилование». Но природа, молодая кровь сильнее любых законов и запретов. Ломают себе карьеру, жизнь, покрываются позором. Есть такие, что влюбляются серьёзно. Сбегают, прячутся или прячут немку. У него дома жена и двое детей, а он в Намбурге развёл шекспировские страсти. Мы только подходим к тому, чтобы окончательно побороть послевоенные, привезённые из Европы сифилис и гонорею. Понадобилось открывать кафедры вензаболеваний в медицинских институтах, переучивать врачей. Немцы, в свою очередь, утверждают, что у них вспышка венерических заболеваний связана с оккупационными войсками. Кто кого наградил, сам чёрт не разберёт.

— Немцы, в смысле немки, а также чешки, польки и прочие специально наших бойцов триппером заражали. Что ты, Петя, морщишься? Не давали только югославки. Это я тебе авторитетно заявляю на основании опыта.