Книга Неудавшееся свидание, страница 126 – Бет О'Лири

Ричард Уилсон – спец по зрительному контакту. Когда Джейн работала в «Брей энд Кембри», когда она была секретаршей Ричарда, именно чарующий взгляд заставил ее без памяти влюбиться в него.

— Нам надо поговорить, – говорит он. Его сухие, теплые ладони все еще сжимают ее предплечья; она пытается вывернуться, но он держит крепко.

Они стоят на середине лестницы, и у Джейн мелькает безумная мысль столкнуть его вниз. Чтобы он скатился по каменным ступеням и навсегда исчез из ее жизни.

— Ричард, отпусти, – просит она, пытаясь обойти его.

— Не в этот раз, – твердо говорит он, но одну руку все же отпускает. Встав сбоку от нее, он тащит ее вниз, держа за правое предплечье, как преступника. – Идем. Ты ненавидишь такие вечеринки. Я отвезу тебя домой.

Ей нельзя садиться в машину вместе с ним. У нее по коже бегут мурашки. Его прикосновение вызывает неприятные ощущения, как нечто непристойное.

— Отпусти меня, Ричард, или я устрою скандал, – произносит она максимально спокойным голосом.

Его, похоже, удивляет ее непокорность. Чарующий взгляд уступает место нахмуренным бровям и напряженной челюсти. Таким она его тоже хорошо помнит. Он с видимым усилием берет себя в руки и, выдавив улыбку, останавливается. Джейн красноречиво смотрит на его руку на своем предплечье, и он медленно, неохотно ослабляет хватку и засовывает руки в карманы.

— Ладно, – соглашается он. – Извини. Я, наверное, перегнул палку. Но я очень долго тебя искал, Джейн.

— Правда? – спрашивает она. К ней тоже вернулось самообладание, и голос теперь звучит более размеренно. – Я была недалеко. При желании ты мог бы меня найти.

Сначала она об этом мечтала. Она представляла себе, как он приедет и будет молить ее о прощении, потом возьмет на руки и отнесет назад, в ту жизнь, где она принадлежала ему. Было так страшно уехать из Лондона, чтобы начать все с чистого листа: она и не подозревала, как сильно привыкла жить по указке Ричарда, пока не осталась одна и не начала жить по собственным правилам.

Ричард протягивает к ней руки. Теперь они стоят на лужайке: неподалеку несколько курильщиков негромко переговариваются между собой, а мимо них проходят двое влюбленных, направляясь к реке, отблески праздничных огней играют на их склоненных головах.

— Ну, в общем, ты меня подловила. Ситуация немного изменилась, Джейн. Я подумал, нам нужно обсудить наши дела.

Обсудить дела. Как будто у них встреча по работе. Эти границы между ними всегда были так размыты. Настойчивая просьба, чтобы она каждый день надевала серые платья с жакетом, исходила от ее начальника или от доминантного любовника? А то, что он всякий раз решал, что они будут есть, когда она заказывала обед в офис, разве не было просто разумным подходом, раз уж он старше по должности? Когда он сказал, что ей не стоит ходить в бар после работы с другими секретаршами, потому что она слишком болтлива, разве он не заботился о ее профессиональном имидже?

Джейн делает глубокий вдох. Это старые мысли, устаревшие. Она уже доказала, что он был неправ. Да, это получилось не сразу, но она завела друзей и начала открывать для себя ту Джейн, которую в ней видят друзья. А если он ошибался, когда говорил, что она просто «не умеет находить общий язык с людьми», что она «странная, чудная», что «люди никогда не поймут ее так, как он», – может, он ошибался и насчет всего остального.