Книга Любовь и смерть, страница 71 – Элис Вайлд

Это может быть оно. Это должно быть оно.

Сердце учащенно бьется, когда я подхожу к ним и трогаю ладонью гладкое дерево, а после толкаю.

Тяжелая черная дверь медленно открывается. Как только щель становится достаточно широкой, я быстро протискиваюсь внутрь и оказываюсь в огромном круглом зале – мрачном святилище в самом сердце Подземного мира.

Гладкие сапфировые стены уходят вверх, образуя купольный потолок, украшенный странными светящимися письменами на незнакомом языке. По полу змеятся те же языки пламени, что освещали проход, но здесь они хитро переплетаются, притягивая взгляд к центру зала, где стоит большой каменный стол.

А на нем… тело, покрытое темным льняным полотном.

Я делаю шаг вперед, едва осмеливаясь поверить, что это возможно, но даже под покрывалом очертания кажутся слишком знакомыми, слишком высокими, слишком внушительными, чтобы принадлежать кому-то, кроме Смерти.

Мне трудно дышать, в горле пересохло. И вдруг я понимаю, что совсем не готова к этой встрече.

Увидеть его таким.

Таким одиноким. Таким неподвижным.

Я осторожно подхожу, и на глаза наворачиваются слезы, за мной тихо шуршит шлейф платья.

— Смертная, что ты здесь делаешь?..

Я вскрикиваю от неожиданности, факел выскальзывает из рук и со звонким стуком падает на пол. Повернувшись на голос, я широко раскрываю глаза, когда вижу, как из тени за дверью выходит фигура.

Его глаза сверкают в полумраке, словно горят испепеляющим внутренним огнем. Он смахивает со лба свои спутанные, непричесанные волосы.

— Цербер, – хриплю я и с облегчением выпрямляюсь. – Ты напугал меня.

Он даже не улыбается в ответ. Лицо холодное, несмотря на огонь в глазах.

— Хорошо. Ты и должна бояться, – говорит он низким, размеренным голосом, подходя ко мне ближе. – Тебе не следовало спускаться сюда.

— Цербер? – Я делаю шаг назад, по коже пробегают мурашки от страшного предчувствия.

— Тебе здесь не место, – повторяет он тем же ровным тоном, от которого становится лишь страшнее. Исчезла его лукавая усмешка. Исчез озорной блеск в глазах.

Осталась лишь холодная расчетливость.

Почему она не слушает? Ей нельзя быть здесь. Это место небезопасно… я небезопасен.

Что-то пошло не так.

Наши нити сплелись слишком быстро.

Она рвет меня когтями, раздирая изнутри. Я жажду ее, и в то же время она требует, чтобы я уничтожил ее. Наказал ее за непокорность.

Поводок верности Аиду затягивает мне горло, пока узел судьбы скручивается, вонзаясь в мои кости, как острый клинок.

Она просто не понимает, насколько я близок к тому, чтобы сломаться.

Я не должен быть так близок к краю. Я не должен быть так близок к ней.

В любой миг одна из двух связей порвется. Одна из них победит.

В любом случае я причиню ей боль.

Я делаю еще один медленный шаг к ней и вижу, как она отступает.

— Немедленно уходи, – грозно приказываю я, ненавидя себя в этот момент. Ненавидя свой низкий рычащий голос.

— Ну-ну. – Невидимая цепь сжимается у меня на шее. Она душит меня, вынуждая подчиняться. – Разве в этом было бы удовольствие?

Аид.

Сжав зубы, я наконец осознаю, что меня одурачили, погрузив святилище в тишину, когда владыка входит в зал и тяжелые двери с грохотом закрываются у меня за спиной.

Я должен был понять, что уже слишком поздно: в последние минуты он все сильнее тянул за поводок. Нужно было бежать, бежать вместе с ней, пользуясь случаем.