Книга Стань светом в темном море. Том 2, страница 89 – Softcoral

Я проснулся оттого, что упал с кровати. Падение было таким резким, словно меня отбросило взрывной волной. Поцеловавшись с полом, я попытался приподняться, но руки разъезжались. Меня накрыло головокружение, и я замер. Спустя несколько секунд кое-как пришел в себя, но сердце продолжало колотиться так, словно вот-вот вырвется из груди. Реальность казалась чем-то очень далеким, словно я только что очнулся от кошмара. Оглядевшись, я наконец понял, что нахожусь в комнате 38, в блоке Пэкходон на Четвертой подводной базе.

На меня нахлынули воспоминания, и я судорожно принялся ощупывать лицо и голову, в которую попала пулю. Я не умер. Не умер!

Меня накрыло таким облегчением, будто с груди сняли тяжелый камень.

Потом пришла благодарность за то, что я жив, и слезы сами покатились по щекам. И тут же из носа пошла кровь.

Я схватил лежавшее рядом полотенце и зажал им нос и следующие две или три минуты одновременно рыдал и истекал кровью. Если откинуть голову назад, то кровь может попасть в пищевод или дыхательные пути, поэтому я наклонился вперед и уткнулся лбом в оранжевую плюшевую игрушку. Время от времени вытирая слезы полотенцем, я думал: «Я жив! Все, что случилось, было не по-настоящему!»

Но разум тут же возразил: «Правда? Я правда жив? Значит, и Ким Гаён с Ю Гыми не погибли? Эмма сбежала – или этого вообще не было? А что с Ли Чжихён и Кану? Что с остальными, с животными… они тоже живы?»

Что вообще происходит?

Я дважды видел практически один и тот же кошмар? Я правда в своей комнате? Я в своем уме? Который сейчас час?

Я быстро перевернул телефон, который лежал на тумбочке.

31 мая. 7:02.

Последний раз, когда я смотрел на часы, было около четырех пополудни. Так почему телефон говорит, что сейчас раннее утро? Почему время, которое я помню, не совпадает с текущим? Я с силой прикусил внутреннюю часть щеки и осторожно провел языком по ранке. Ай… больно. Ничего, за неделю заживет.

Я чувствую боль.

Может ли это быть сном? Нет, невозможно.

Если так подумать, я никогда не отличался богатым воображением. Мне не снятся странные сны, в которых я падаю с канатной дороги, становлюсь закуской для акулы или получаю пулю в лоб.

Даже если бы я захотел, мой мозг просто не смог бы создать такую сюрреалистичную картину и придумать людей – вплоть до внешности и характера, которых я никогда не встречал. Нет, если бы те люди являлись плодом моего воображения, они были бы ко мне бесконечно добры. На самом деле они были раздражающими, холодными, сложными в общении, пугающими и даже отвратительными.

А как насчет пистолета, который разрушает органические соединения? Где бы я услышал этот термин? А что насчет бредовой истории о том, как кто-то отдал сорок с лишним миллиардов какой-то секте? Нет, даже мое подсознание не смогло бы мне этого простить.

Значит, остается два возможных объяснения.

Первое: результат внешнего воздействия. Может, я напился до беспамятства и просто не помню когда и как? Или съел что-нибудь? Как вариант: кто-то вошел ко мне в комнату, пока я спал, и вколол мне наркотик? Может, где-то утечка газа, который и стал причиной галлюцинаций?

Стоило подумать о газе, как в голову пришла страшная мысль: а вдруг я у себя в кабинете медленно умираю оттого, что надышался закисью азота, так называемого «веселящего газа». У закиси азота нет ни цвета, ни запаха. Для усиления эффекта и повышения безопасности ее обычно используют в сочетании с другими анестезирующими веществами, такими как севофлуран^[22]. А вдруг кто-то привязал меня к креслу и накачал закисью азота, и все, что я сейчас переживаю, это одна иллюзия за другой?