Книга Стань светом в темном море. Том 2, страница 13 – Softcoral

Я осторожно обработал раны тем, что смог найти в аптечке, и аккуратно забинтовал пальцы и ладонь. Затем попросил открыть рот – нужно было проверить, не повредил ли кислотный пар слизистую. К счастью, слизистая не пострадала.

Я собрался с мыслями и постарался говорить как можно ровнее:

— Как только выберемся отсюда, сразу поедем в больницу. А пока постарайтесь как можно меньше пользоваться правой рукой.

— Хорошо.

— И левой тоже.

— И как мне тогда что-то делать?

— Говорите мне или остальным, если вам что-то нужно.

Ким Гаён коротко усмехнулась, словно выдыхая со смешком напряжение.

Почему, когда кто-то улыбается, тревога и уныние становятся меньше? Ведь сам я не улыбаюсь.

Обрабатывая антисептиком ее исцарапанные и сбитые колени, я огляделся.

Ли Чжихён вместе с несколькими людьми спустились на затопленный второй этаж, чтобы осмотреть грузовой лифт. Ю Гыми нашла в лаборатории обезболивающий спрей и, сказав, что собирается нанести его на спину и поясницу, ушла в комнату, где лежали сложенные тела. Она обронила, что мертвые пугают ее меньше, чем живые.

А меня пугали и те и другие.

Обрабатывая голень Гаён, я тихо спросил:

— Э… Гаён, я хотел бы обсудить с вами не очень приятную тему. Если почувствуете себя неловко или не захотите отвечать, просто скажите.

Ким Гаён наклонила голову сначала вправо, потом влево, будто разминая шею, и ответила:

— Хорошо. Начинайте.

— Вам было страшно, когда вы выливали кислоту?

— Вы имеете в виду, боялась ли я, что обожгу руки? Или что он умрет мучительной смертью?

— Скорее второе. Но первое меня тоже волнует.

— Честно говоря, я боялась и того и другого. Но больше всего я боялась, что он причинит нам вред.

Ким Гаён посмотрела на свои забинтованные руки и продолжила:

— В этом мире есть люди, которых не убедить словами. Узнав, что Гудман выстрелил микроорганизмами в живого человека, я сразу поняла, что убеждать его бесполезно. Наверное, я просто стала старше. Чем старше становишься, тем меньше терпения остается. Я больше не готова тратить кучу времени на то, чтобы пытаться кого-то вразумить. Проще не иметь с такими людьми дела.

— А я тогда думал, что мы вчетвером сможем с ним справиться. Наверное, это было наивно? Я не пытаюсь осудить вас за то, что вы сделали, просто хочу разобраться.

Ким Гаён посмотрела на мои руки, которые, в отличие от моего лица, выглядели вполне нормально, и нахмурилась:

— Быть наивным – не преступление. Но в мире полно психов. Некоторых может остановить только смерть. Я видела таких и до того, как попала в эту лабораторию. Мне не повезло – пришлось столкнуться с ними лично. Думаю, если бы Гудман тогда не умер, то погиб бы кто-то из нас, один или даже двое.

Я всегда жил вдали от насилия. Сам факт того, что во сне я нажал на курок, до сих пор преследовал меня в реальности. Это чувство вины… Тяжесть на указательном пальце… Лица убитых людей, всплывающие в памяти снова и снова… Вес мертвого кота и пролитая кровь…

А ведь все эти смерти были просто сном.

Но теперь я не мог перестать думать о Белиал, которая только что умерла, о лежащей рядом с ней Мартине, о телах, разбросанных вокруг, и даже о том мужчине, Артуре.

Наверное, я просто не из тех, кто первым причинит кому-то вред. Если меня начнут бить, я отвечу, но сам никогда не ударю первым.