Книга Стань светом в темном море. Том 3, страница 57 – Softcoral

— Хорошо, – едва слышно прошептала Гаён.

Она еще немного поплакала, не выпуская стакан из рук, а потом завернулась в одеяло и задремала.

Пэк Эён, Ким Гаён, Син Хэрян, Со Чжихёк, Туманако и я. Шесть человек – столько народу в Deep Blue не собиралось, пожалуй, никогда. Хотелось бы чем-то их угостить, но в клинике почти не было съестного. Разве что несколько шоколадок и леденцов, которые достались мне от пациентов. Я раздал их тем, кто еще был в состоянии воспринимать реальность. Туманако отложила статуэтку акулы и зашуршала фантиком, разворачивая леденец.

Со Чжихёк оглядел кабинет, потом вышел в соседнюю комнату и притащил оттуда последний свободный стул. Я усадил на него Син Хэряна и накрыл оставшимся одеялом. Он, казалось, был не в восторге, но возражать не стал.

Чжихёк, глядя в сторону двери, шумно выдохнул:

— С какого момента вы слышали мой монолог?

— С того, где ваш бесполезный командир будет против.

— Значит, все слышали. И как, скажите на милость, вы умудряетесь так подкрадываться? У вас что, крылья?

Син Хэрян только улыбнулся краешком губ и покачал головой. Я заметил, что его стакан снова опустел, и подлил воды. Он сделал несколько глотков и сказал:

— Есть большая вероятность, что сектанты не сдержат слова.

— Но попробовать стоит. Нельзя же просто сидеть и смотреть, как Эён умирает!

— В худшем случае все закончится тем, что женщин расстреляют прямо на месте. – Син Хэрян говорил ровно, почти спокойно, но в голосе проскальзывала жесткость. – А вы, Мухён, даже не узнаете о случившемся. Нас, – он кивнул на себя и Чжихёка, – тоже, скорее всего, убьют.

Со Чжихёк только пожал плечами.

— Почему сектантам нужны именно вы? – спросил Син Хэрян.

— Я не знаю.

Но мне никогда не удавалось ему врать, – казалось, он видит меня насквозь.

— Когда террористы требуют, чтобы им выдали конкретного человека, то дело обычно в деньгах, в оружии или в важной информации. Или в мести. Если же речь о религиозной организации, то возможно, этот человек имеет для них особую символическую ценность.

Син Хэрян, все так же сжимая кружку, спокойно заговорил:

— Сделка, о которой вы с Чжихёком говорили, по сути, означает одно: вы добровольно отдаете сектантам право решать, как именно вас использовать. Во-первых, не стоит питать иллюзий: то, что они велели привести вас, еще не значит, что с вами будут гуманны. Если понадобится, могут прибегнуть к насилию, даже к пыткам. Честно говоря, я сильно сомневаюсь, что вооруженные до зубов фанатики вообще знают, что такое права человека.

— Но…

— Во-вторых, даже если удастся доставить Эён в госпиталь на Тэхандо, нет никаких гарантий, что там ей смогут оказать помощь. Обычно, если террористы захватывают медицинский объект, они не церемонятся ни с пациентами, ни с врачами. Первыми умирают самые тяжелые пациенты и те врачи, которые добросовестно выполняют свой долг. Или просто не боятся. Здесь есть своя логика: чем меньше людей, которые могут оказывать помощь, тем больше будет жертв среди мирного населения.

Я слушал и чувствовал, как внутри все сжимается. Разве террористы не должны щадить хотя бы врачей? Впрочем, будь у них принципы, они бы не делали того, что делают. Но разве не логично пытаться сократить число пострадавших?