Книга Стань светом в темном море. Том 4, страница 73 – Softcoral

— Сколько времени я был без сознания?

— Не знаю.

— На какой мы высоте относительно Третьей базы?

— Примерно… на пятом этаже? Я прикинул, что между Второй и Третьей базой где-то пятьдесят этажей.

На мгновение воцарилась тишина, и только потом он ответил:

— Думаю, ваши подсчеты недалеки от истины, доктор.

— Почему вы потеряли сознание?

— Просто сел отдохнуть, а дальше уже ничего не помню. Что с пожаром?

— Сработало оповещение об утечке углекислого газа, я взвалил вас на спину и поднялся где-то этажей на пять.

После короткой паузы Син Хэрян сказал:

— Наверное, это было тяжело. Спасибо.

Опять повисла тишина – вопросы у него закончились, а у меня не осталось сил говорить. Только спустя какое-то время я вспомнил о женщине, с которой мы расстались, и спросил:

— Хэрян, с вами была женщина, шатенка, с длинными волосами.

— Нора Станг. Сказала, что отвечает за поставки продовольствия на Вторую базу. Что с ней?

— Мы решили разделиться.

— Ясно.

После недолгого молчания Син Хэрян тихо спросил:

— С Чжэхи было так же?

Похоже, он все это время хотел спросить про Чжэхи, но сдерживался. Наверное, заподозрил что-то неладное еще тогда, когда я вернулся за ним один. А я… я не знал, с чего начать. Из головы не шли слова Чжэхи: «Давай забудем о Син Хэряне. Сбежим вдвоем, ты и я», равно как и уставший, отрешенный тон, которым он говорил о том, что его уже тошнит от «обычных, эгоистичных людей».

У меня к Син Хэряну накопилась куча вопросов. Чжэхи сказал, что у тебя руки по локоть в крови, – это правда? А у Со Чжихёка и Пэк Эён? Слова уже подступали к горлу. На вопросы о членах своей команды он, возможно, и не ответит, но если спросить лично о нем – кто знает. Я хотел выложить ему все, что случилось. Рассказать, как Чжэхи предлагал бросить его и уйти вдвоем. Мне не хотелось держать это в себе. Но вместо этого я только выдохнул и сказал:

— Мы решили, что Чжэхи отправится на Первую подводную базу первым. Возможно, дальше нам придется действовать раздельно.

О чем Чжэхи вообще думал, когда предлагал мне свалить вместе? Что я скажу: «О, давай! Отличная идея!» – после чего мы возьмемся за руки и побежим в закат? Неужели он не допускал мысли, что я откажусь и расскажу обо всем Син Хэряну? Ему что, плевать на свою команду? На работу на станции?

Лежа в темноте, я все больше увязал в собственных мыслях.

— Возможно, у вас гипогликемия или обезвоживание. Выпейте воды и полежите минут десять, потом пойдем.

Если поднять человека, который только что был без сознания, и сразу заставить куда-то идти, он может отключиться снова. Тут без вариантов: либо мы теряем десять минут на то, чтобы Син Хэрян пришел в себя, либо я тащу его бессознательное тело все сорок пять этажей. Выбор очевиден.

Я закрутил наполовину опустевшую бутылку и метнул туда, где в темноте поблескивало свечение от кулона. Прошло несколько минут, прежде чем послышался щелчок открывающейся крышки.

Никогда бы не подумал, что мои обрывочные знания о медицине окажутся такими полезными. Надо было учиться усерднее и пойти в нормальные врачи, а не в стоматологи. Но стоило этой мысли появиться, как я заставил себя выкинуть ее из головы: нет, ты сделал правильный выбор.

Не стоит жалеть о прошлом. Его все равно не изменить. Просто сейчас все настолько хреново, что мозг цепляется за любые «а что, если». Но нельзя приставить «если» к каждому решению, принятому раньше, а то оглянуться не успею, как вступлю в Церковь Бесконечности. Надо сосредоточиться на реальности. На том, что перед глазами. Сейчас главное – дойти по лестнице до самого верха. Вот и все.