Книга Стань светом в темном море. Том 4, страница 117 – Softcoral

Я уставился на Син Хэряна. Он некоторое время смотрел, как макушки наших пленников исчезают под водой, потом повернулся ко мне и сказал:

— Стоит мне услышать бред, как руки слабеют.

— По вам и не скажешь.

— Судя по всему, эти двое заслужили внеплановое купание.

— Вы что, оставите их тонуть?

Син Хэрян, кажется, отсчитывал секунды в уме. Примерно на счет «пятнадцать» он снова дернул веревку, и головы сектантов показались над водой. Оба отчаянно захлебывались, плевались и кашляли, а потом младший из них завопил:

— П-пожалуйста! Помогите! Спасите! Прошу, спасите меня!

Крик был настолько оглушительным, что эхом отозвался от стен бассейна.

Второй, постарше, тоже отплевывался, выдувал сопли и выдавливал через кашель ругательства, но его юный коллега горланил так, что заглушал все вокруг.

Син Хэрян посмотрел на них обоих с таким видом, будто не хотел тратить ни секунды своего времени. Потом повернулся ко мне и спокойно сказал:

— Думаю, можно просто оставить их здесь.

— Я бы предпочел, чтобы они остались живы, – возразил я.

Мне правда не хотелось видеть, как кто-то умирает: я уже насмотрелся на трупы. И от этого еще сильнее ощущалось, что вещи, которые в обычной жизни кажутся чем-то само собой разумеющимся, здесь, на глубине, даются нечеловеческими усилиями.

Не успел я договорить, как встрял Чжэхи:

— А я бы с удовольствием посмотрел, как Рико устроит над ними жестокую кровавую расправу. Наверняка будет весело.

Мужчина постарше, который едва держался на плаву, уцепившись подбородком за край бассейна, услышал его слова и взвился:

— Эй, рыжий! Ты вообще на чьей стороне?!

— Хм. Если подумать… наверное, не на вашей, – лениво откликнулся Чжэхи. – Я же не потому в Церковь вступил, что мне прям сектанты нравятся. Сигары у вас так себе… зато бухло вроде норм. Я выпью за тебя.

Он даже помахал им рукой, как будто прощался.

Син Хэрян, все еще держа в руках веревку, посмотрел на него с выражением ужасной усталости и спросил:

— Ты пил?

— Нет, увы. Спаситель присматривал за мной и не дал. Буквально глаз не спускал.

Рико схватила со стола полупустой стакан с коньяком и одним движением осушила до дна. Жест был таким естественным, что никто из нас даже не подумал ее остановить, пока Син Хэрян, который все держал в руках веревку, не бросил на Чжэхи выразительный взгляд – мол, угомони ее. Видно, выпивка оказалась слишком крепкой: Рико закашлялась и передернулась всем телом.

Чжэхи кивнул командиру, подошел к Рико, взял бутылку… и как ни в чем не бывало налил ей еще.

Син Хэрян нахмурился.

Рико вцепилась в стакан обеими руками, губы у нее задрожали.

— Она не умоляла, как вы.

Она тряслась, как осиновый лист.

— Я даже не поняла, что случилось. Очнулась уже на полу. Я знала этого человека, а он стоял, в черной бейсболке, с абсолютно безразличным лицом, и смотрел на меня. А Мэйчжи закричала на все кафе: «Отвали от моей подруги!»

Рико дрожащей рукой поднесла стакан к губам, сделала глоток и медленно, очень медленно выдохнула.

— Мы работали вместе три года, и я злилась каждый раз, когда она повышала голос. Она была такой грубой, шумной, вообще не умела говорить шепотом. У меня от ее криков аж уши закладывало. Я люблю, когда говорят тихо, спокойно… но теперь я не могу выкинуть из головы ее крик. Снова и снова. «Отвали от моей подруги». Вы же обещали. Обещали, что, если мы будем слушаться, вы оставите нас в живых. – Рико вскочила со стула и, развернувшись к бассейну, закричала: – Лжецы!!!