Книга 1994. Русский роман ужасов, страница 130 – Алекс Лоренц

В руках она сжимала здоровенный облупленный обрезок трубы.

— Ах вы твари! Наркоманы сраные! Пообкололись тут и творят не пойми чего!

Обрезок трубы опустился на голову Кристины.

— Я вам покажу, кто в доме хозяин! – угрожала Тамара Викторовна, потрясая трубой. – Моя столовая – мои правила!

— Хорошо порядок навела, – оценил Егорка.

— Да-а-а-а, вот это баба! – подхватил кто-то из десятого «А». – Огонь!

— Я т-т-тебе покажу, зараза такая!

Кристина булькнула что-то и как ни в чем не бывало подхватилась на ноги.

— БЕРЕГИТЕСЬ! – закричал Денис.

Через полсекунды Кристина снова лежала на полу, на этот раз уже с выбитыми зубами.

Неколебимая Тамара Викторовна нависла над ней, опершись на трубу, как на трость.

— Ва-а-а-а-аль! – позвала она, повернув голову в сторону парадного входа. Клич каменным шаром покатился вниз по лестнице. – Милицию вызвала?

— Да, – послышался ответ.

Кристина задергалась на полу.

— Внимательнее, блин! – болел за Тамару Викторовну Денис. – Она щас опять!

— Да ты, сынок, не волнуйся, – ободрила его посудомойка, стоявшая немного позади. – Нашу заведующую никто не одолеет.

— Ни в жисть! – подтвердила другая кухарка.

— А больничку вызвала? – снова обратилась Тамара Викторовна к вахтерше.

— Да, – отозвалась та.

— Так пусть быстрей едут! – негодовала заведующая. – Не могу ж я тут вечно стоять! Мне детей кормить надо!

Кристина, едва дернувшись, получила новый тычок трубой в морду. Это ее мгновенно успокоило.

Тем временем оживился Владик.

— А ты что, живой? – обратилась к нему Тамара Викторовна.

В ответ Авитесян разразился обезьяньими криками. Он вскочил на ноги и, заливаясь воплями, обрызгал белоснежный халат заведующей кровавыми слюнями. За что получил по башке трубой.

Во второй половине дня кое-как распогодилось. По синему предвечернему небу бежали серые ошметки туч. Веяло первыми холодами. В подворотнях завывал ветер. Без куртки уже прохладно ходить.

После уроков Артем бросил дома ранец, пообедал, переоделся в уличное и отправился обратно в школу. Эмбриона надо было обезвредить.

Когда Артемка явился в школу, оттуда уже выкатывались, волоча тяжеленные ранцы, последние ученики продленки. Вахтерша в своем кресле зачитывалась лево-патриотической прессой. Судя по сдвинутым бровям, негодовала в связи с очередной выходкой пьяного Ельцина или кого-нибудь еще из правящей хунты.

Артем как ни в чем не бывало подошел к шкафчику с ключами и принялся изучать его содержимое. Ключа от лаборантской не было. Значит, Людмила Игоревна еще там. Или другая какая биологичка.

— Тебе чего тут надо? – спросила вахтерша.

— Ничего, – ответил Артем. – Смотрю, здесь ли Людмила Игоревна.

— Тут, не уходила еще.

Артем отправился на третий этаж.

Дверь в лаборантскую была приоткрыта. Из замка снаружи торчал ключ: дурацкая училковская привычка.

Изнутри тянуло сигаретным дымом.

«Совсем училки поохренели, – подумал Артем. – Морали о вреде курения читают, а сами-то какой пример подают!»

Он остановился метрах в трех от входа. До его слуха донеслось:

— Ай, мать твою! Отвали!

Из лаборантской слышалась странная возня.

Ну вот, опоздал.

Куриный суп с лапшой заходил ходуном в желудке.

— Отвали! – громче. – Отцепись!

Артем подкрался к двери и заглянул внутрь.

По столу были разбросаны исчерканные красным листки бумаги, поверх размазан бутерброд не первой свежести. Сидя на стуле, Людмила Игоревна корчилась так, словно у нее в штанах поселилась муравьиная колония.