Книга Ужас из телевизора, страница 82 – Кодзи Судзуки

— Неа. Оборвалась ниточка.

От такого известия лицо Асакавы скривилось – он буквально чуть не разревелся.

Рюдзи развалился на татами, вытянув босые ноги в сторону внутреннего дворика и, похоже, и с ехидной улыбочкой наблюдал, как лицо человека, еще минуту назад преисполненное надежды, приобретает выражение полнейшего отчаяния.

— Что значит оборвалась! – голос Асакавы срывался.

— Из тех, кто поступил в театральную труппу вместе с Садако, удалось вычислить только четверых. Я им звонил, но и они ничего знают. Эти ребята (хотя, какие они ребята – всем уже за пятьдесят) в голос заявили, что Садако исчезла из виду сразу же после смерти их худрука Сигэмори, и больше о ней ничего неизвестно.

— И что, это все что ли?

— Ну, почему же, ты ведь тоже можешь…

— Я могу только сдохнуть завтра в десять вечера! И не только я, у Сидзуки и Ёко крайний срок – воскресенье, одиннадцать утра.

— А про меня уж и забыл, друг называется! – пробурчал сзади Рюдзи, но Асакава не стал препираться и продолжал.

— Неужели больше ничего нельзя сделать? В конце концов, не одни же актеры знали Садако. Поищи, а? Ведь жизнь всей семьи зависит.

— Но это же еще не определенно…

— В смысле?

— В смысле, наступит твой крайний срок, и ничего не случиться.

— Не веришь, значит, – у Асакавы потемнело перед глазами.

— На сто процентов вообще невозможно быть уверенным.

Тут бы сказать: «Знаешь что, Ёсино…», – но чем еще пронять этого человека. Само собой, я и сам наполовину не верю. Конечно, дурь какаято. Какие, к чертям, заклинания! Но даже если вероятность один к шести, разве этого мало? А ты пистолет с одним патронов в обойме к виску приставишь? На курок нажмешь? Вот ты, ты сам согласишься вовлечь собственную семью в эту «русскую рулетку»? Куда там – сразу же опустишь ствол, а скорее даже забросишь пистолет в море, от греха подальше.

Асакаву понесло. «Идиоты! Какие же мы идиоты!» – орал сзади Рюдзи.

— Заткнись! Разорался… – обернувшись с трубкой в руке, рявкнул на него Асакава.

— Ты чего? – упавшим голосом спросил Ёсино.

— Да нет, ничего. Старик, на тебя вся надежда, мне просто некого больше попросить… – начал было Асакава, но тут Рюдзи потянул его за руку. Вне себя от злости, он резко развернулся, но увидел, что лицо Рюдзи неожиданно серьезно.

— Мы оба идиоты – и ты, и я. С перепугу совсем спятили, – тихо проговорил Рюдзи.

— Подожди секунду, – попросил Асакава и прикрыл трубку. – Что случилось?

— Такой простой вещи не заметили! На хрена нам вообще год за годом ее жизнь отслеживать? Можно ведь и с конца начать! Почему корпус Б4? Почему бревенчатый коттедж? Почему «Пасифик Ленд» и МинамиХаконэ?

В глазах Асакавы мелькнула догадка. Волнение тут же спало, и он снова заговорил в трубку.

— Ёсиносан! – тот терпеливо ждал на том конце провода, – Вариант с театром пока оставим. У нас тут возникла другая идея. Я, кажется, уже рассказывал про «Пасифик Ленд»?

— Был разговор. Чтото вроде курорта, да?

— Дада. Насколько я помню, лет десять назад там разбили гольфплощадку, а потом постепенно обстраивали корпусами… Так вот, нужно выяснить, что было там до возникновения турбазы.

Было слышно, как Ёсино чиркает ручкой в блокноте.

— Ты говоришь «что было»? А разве не обычное горное плато?

— Возможно. Но кто знает, а вдруг нет?