Онлайн книга «Ужас из телевизора»
|
— Эй, ты чего? Такая рожа у голубя бывает, когда в него горошиной из трубочки залепят! – Рюдзи сидел с ехидной улыбочкой и явно потешался. — Что? Да нет, ничего… — Эй, мужик, не замерзай, время не ждет! – Рюдзи потрепал Асакаву по щеке, – Пока она ходит, договорить надо. — Ты, надеюсь, Маи видео не показывал? — Что я, зверь? — Хорошо, закругляемся. Пообедаем, и я пойду. — Ну да, тебе же еще антенну искать. — Антенну? — Источник радиоволн! Забыл что ли? Рассиживаться было некогда. По дороге надо было зайти в библиотеку и как можно больше разузнать о радиоволнах. Чем сразу ехать в МинамиХаконэ и мотаться там в поисках неизвестно чего, гораздо быстрее будет заранее собрать информацию и обозначить цели. Если знать свойства радиоволн и методику расследования преступлений, связанных с радиохулиганством, можно до известной степени облегчить поиски. Впереди ждал непочатый край работы. Но деловой настрой кудато улетучился, Асакава витал в облаках. Из головы не выходило ее лицо, ее тело. И какого черта она связалась с таким человеком как Рюдзи? Недоумение переходило в гнев. — Эй, ты слушаешь? – от этого вопроса Асакава очнулся. — Помнишь сцену с мальчикоммладенцем? — Ага… На секунду Асакава стер из головы образ Маи и попытался воскресить в памяти сцену из видеозаписи: мокрое от родильных вод детское тельце. Но дальше дело не пошло, перед глазами появилась обнаженная Маи, вся в капельках воды. — Я когда эту сцену смотрел, в руках чтото странное чувствовал, осязал. Как будто… как будто сам этого младенца обнимаю. Осязал?… Обнимал младенца?… Образы ребенка и Маи в голове то и дело сменяли друг друга, Асакава уже не понимал, кто у него на руках. Наконец, ему удалось собраться с мыслями: он вспомнил, как тогда сам почувствовал мокрое тельце, как поспешно отдернул руки… Но самое главное то, что и Рюдзи испытал те же самые ощущения. — Я тоже. Как будто мокрое чтото… — И ты чувствовал? Тогда что это может значить? Не вставая, Рюдзи на четвереньках подполз к телевизору и включил кассету с того места, о котором они говорили. Сама сцена длилась не более двух минут, ребенок лежал спокойно, еле слышно попискивая. Снизу, под головку и ягодицы его поддерживали красивые, гибкие женские руки. — А это что? Рюдзи нажал на паузу и стал прокручивать по кадру. На какойто миг экран почернел. На нормальной скорости этого короткого затемнения можно было вообще не заметить. Но при покадровом просмотре затемнения постоянно повторялись, экран то и дело становился черным как смоль. — Во, опять! – закричал Рюдзи. Он сгорбился, с серьезным лицом впился глазами в экран, замер, но вдруг снова отпрянул и суетливо забегал глазами. Он напряженно размышлял. Движение глаз выражало состояние Рюдзи, но Асакава не мог даже представить, что у него на уме. Всего в двухминутной сцене они насчитали тридцать три затемнения. — И что? Неужели ты думаешь, что только из этого можно узнать чтото новое? Дефекты изображения, и не более. Видеокамера барахлила или… Такаяма не слушал его и уже искал другую сцену. Снаружи на лестнице послышались шаги. Рюдзи поспешно нажал «стоп». Дверь открылась и из прихожей послышался голос Маи: «Заждались?» Она вошла, и снова квартира наполнилась какимто чудодейственным ароматом. |