Книга Да здравствует принц!, страница 108 – Фрэнсис Кель

Он устало потёр переносицу, не спеша выдвинул последний ящик стола, достал ещё кипу бумаг и старательно разложил передо мной, прямо поверх всего остального. Теперь Скэриэл смотрел на меня с вызовом, я бы сказал, с затаённым торжеством.

— Тут четыре конверта с результатами теста ДНК, – начал он, указывая пальцем на первый. – Это Уильям Хитклиф. Родство подтверждено. Он мой отец. Как Люмьер и сказал.

Я весь похолодел от страха. Он указал на второй:

— Это Габриэлла Хитклиф, как ты уже понял, моя младшая сестра.

Я подавил дикое желание выбежать из кабинета. Меня начало трясти.

— А это Гедеон Хитклиф, – Скэриэл поморщился, как от зубной боли, – к несчастью, мой старший брат.

Я гипнотизировал последний конверт. Казалось, сейчас я упаду в обморок. Он медленно взял его в руки.

— А вот это Готье. – Тут Скэриэл со слабой улыбкой помотал головой. – И мы с ним не родственники. Интересно получается, не правда ли?

Я сделал вид, что шокирован до глубины души. По крайней мере, постарался, чтобы это выглядело искренне.

— Правда? Даже не знаю…

Не отрывая от меня пристального взгляда, Скэриэл продолжил барабанить пальцами по подлокотнику кресла. Этот звук дико отдавался в висках.

— Может, ты знаешь что-то об этом? – ласково спросил он, придвинувшись ко мне чуть ближе. Я машинально отпрянул. Повезло, что письменный стол между нами такой огромный.

— Откуда? – Мой голос предательски дрогнул. Ладони вспотели, и я постарался незаметно вытереть их о джинсы.

— Может, птичка напела, – елейным голоском проговорил он.

Мне сделалось совсем дурно.

— А птичку звали Люмьер. Помнится мне, вы с ним недавно сдружились. – Скэриэл сцепил пальцы в замок. – Ну так что, Джером?

* * *

Последнее, что я увидел, прежде чем влетел в стену, – Скэриэл, яростно взмахнувший рукой. Его окутала тёмная материя, он зверски оскалился – так, что черты изменились практически до неузнаваемости. Дальше меня откинуло в сторону – ударившись спиной о бетонную поверхность, я приложился затылком о полку, от чего адски зашумело в ушах, и вместе с десятком книг, часть из которых упала прямо на меня, повалился на пол.

Я думал, что он прикончит меня и на этом всё закончится. Но я был жив.

Тёмная материя припечатала меня к полу. Во рту я чувствовал металлический привкус крови, перед глазами всё расплывалось мутными пятнами, в ушах звенело, а руки и ноги онемели, но я знал, что последнее больше от шока. Скоро боль накроет с головой, и я пожалею о том, что остался в живых. Удар был настолько мощным, что выбил весь воздух из лёгких. Я беспомощно застонал, сквозь стиснутые зубы. Время словно остановилось, всё вокруг замерло. Казалось, что моё сердце тоже окаменело, а яростные крики застряли в горле. Всё, на что хватало сил, – свистящие хрипы, точно у столетнего старика на смертном одре.

Скэриэл подошёл неторопливо, будто бы специально давая мимолётную передышку. Краем глаза я видел подошвы его новеньких оксфордов, которые он купил на прошлой неделе. Пару раз сильно зажмурившись, я попытался прийти в себя. Зрение медленно восстановилось, но в голове продолжало монотонно гудеть. Несмотря на это, одна мысль чётче других отдавалась в сознании, будто её настойчиво вбивали молотком, и мысль эта была чудовищной: Скэриэл считает меня предателем.