Книга Шпионское грузило, страница 117 – Лен Дейтон

— Нет, — ответила та.

— Эти прокатные компании никогда как следует не очищают машину: протрут пепельницы на скорую руку и все. — Она высыпала содержимое пакета, чтобы уложить в него свою косметику.

— Я почти готова, — сказала Миранда. — Думаю еще денек-другой провести в Англии. А послезавтра присоединюсь к тебе в Риме. Идет?

— Как тебе удобнее, малышка, — сказала Хармони Джонс. — У меня есть чем заняться в Риме.

Этой ночью Штиннес спал на яхте. На ней было три двойных кубрика, ионс удобством расположился в одном из них. Включив генератор, он допоздна читал «Белый отряд». Он был преданным почитателем Шерлока Холмса и с удовольствием следовал за Конан-Дойлем в его странствиях по средневековью. Погода стояла спокойная, и Штиннесу доставляло удовольствие и легкое покачивание яхты, стоящей на якоре, и шелест волн по ее бортам, а также запахи сырого дерева и соленой воды.

На часах было пять утра, когда Москвин позвонил ему.

— Немедленно приходите, — бросил он, и Штиннес, выскочив в стылую зябкость раннего утра, через восемь минут был в коттедже.

— Что случилось? — с порога спросил он.

— Он здесь, — сообщил Москвин. — Бернард Сэмсон явился около полуночи. Группа поддержки засекла его. И без труда затащила в фургон.

— Где он сейчас?

— Наверху. Не волнуйтесь, он связан. Группу поддержки я отпустил. Хотя, может, это было ошибкой.

— Для чего я вам нужен? — спросил Штиннес.

— Боюсь, что я ничего не добьюсь со своими вопросами, — признался Москвин. — Я думаю, пришло время, чтобы он встретился с другим следователем.

— Что вы у него спрашивали?

Москвин раздраженно ударил кулаком по ладони другой руки.

— Я знаю, что эта баба Сэмсон — английская шпионка. В этом я не сомневаюсь и выжму признание из ее мужа, пусть даже это будет последним, что я сделаю в жизни.

— Вот, значит, какова линия допроса, — сказал Штиннес. Для него она явилась лишним доказательством упертости человека, который неоднократно повторял ему, что терпеть не может получать приказания от любой бабы.

Москвин не мог не заметить ироническую нотку в голосе коллеги, но он уже привык к некоторому высокомерию, с которым Штиннес всегда относился к нему.

— Поднимитесь наверх и поговорите с ним. Сыграйте роль хорошего начальника.

Когда Штиннес двинулся по лестнице, Москвин последовал за ним. Он был не в состоянии сидеть внизу и ждать результатов: он должен быть свидетелем всего, что происходило, и поэтому остановился в дверях за спиной Штиннеса.

Передняя комнатка наверху была невелика, и большую часть ее занимала кровать. Она была придвинута к стене, и подушки позволяли использовать ее как диван. В углу стоял туалетный столик с большим зеркалом, в котором отражался пленник.

— Я выну у вас изо рта кляп, и я хотел бы от вас… — начал было Штиннес и резко остановился. Из-за плеча он посмотрел на Москвина и снова перевел взгляд на пленника. — Это не Бернард Сэмсон, — сказал он.

Человека, привязанного к стулу, звали Джулиан Маккензи. Он был стажером, который только начинал работать на департамент. Бернард Сэмсон приказал ему проследить за передвижениями черной девушки. Он слишком увлекся выполнением задачи. Маккензи был в полном сознании, и в глазах у него стоял ужас, когда Москвин взмахнул пистолетом.

— Что вы имеете в виду? — гневно спросил Москвин. Схватив Штиннеса за руку своей огромной лапой, он вытащил его в узкий коридорчик, затем прикрыл двери. Тут было темно. Единственная полоска света пробивалась из комнаты внизу.