Книга Имя нам Легион. Том 18, страница 33 – Евгений Лисицин, Дмитрий Дорничев

Так и есть, никто не проник в лабораторию, приставив пистолет к седому виску. Тем не менее старик выглядел довольно напряжённым, меряя коридор длинными шагами.

— Ну наконец-то! — Увидев меня, учёный махнул рукой, заведя в первую попавшуюся комнату, оказавшуюся кладовкой. Стоя среди швабр и моющих средств, он эмоционально махнул руками. — Поставьте защиту от прослушивания, скорее!

— Готово. — Не стал ничего комментировать, громко щёлкнул пальцами. Нанороботы окружили нас непроницаемой завесой. — Говорите свободно.

— Вашими усилиями о нас теперь судачат во всём мире. Не только в России, все иностранные журналы, которые я читаю, восхваляют меня! — Возникло ощущение, что он сейчас обвиняюще ткнёт мне пальцем в грудь. Пронесло, я бы не смог оставить подобное без ответа, очень важно поддерживать дистанцию с подчинёнными. — Мне постоянно звонят коллеги, присылают письма, хотят участвовать в проекте.

— Так в чём проблема? — не понял причину вызова. — Мы готовы принять всех, зарплаты хорошие, да вы и сами знаете условия.

— Несомненно! От вас я не ожидаю никакого подвоха, чего нельзя сказать об их текущих работодателях. — Шмелёв-старший тяжело вздохнул, закатив глаза. — Многие мои знакомые предали идеалы науки, отправившись на службу к аристократам. Служат репетиторами при знатных отпрысках, нужно же додуматься до такого!

— Всё ещё не понимаю, в чём проблема. Можете поконкретнее? — спросил с лёгким раздражением, не хотелось слушать часовую лекцию о падении нравов научного общества, стоя в тесной кладовке. — Почему мы вообще тут стоим? У вас же есть отличный кабинет!

— Вдруг его прослушивают? Я специально оставил там телефон, здесь точно жучок не поставят. — Настала его очередь смотреть на ехидное лицо.

— Весь научный комплекс находится под строгой охраной, технологический шпионаж исключён. Признаю, мы можем пропустить мага или хорошего артефактора, но ему эта дверь точно не помешает. Идёмте в кабинет, расскажете всё нормально.

Я планировал убить двух зайцев одной стрелой. Продемонстрировать, что ситуация полностью под контролем, и немного сбить накал истерики. Шмелёв неохотно подчинился, вытерпев целую минуту. Тщательно заперев за мной дверь, он уставился на меня слегка безумным взглядом.

— Что, даже чаю не предложите? — слегка приподнял бровь. — Нам некуда спешить.

— Да как вы не понимаете! — чуть не взорвался старик, тем не менее направившись к чайнику. — Каждая минута на счету! Нужно действовать, пока они ничего не заподозрили!

— Окажись дело действительно срочным, вы бы не стали рассказывать мне о падении нравов среди бывших коллег, — попенял ему. — Поэтому рекомендую успокоиться. Если проблема действительно существует, мы непременно найдём её решение.

— А ведь вы правы… — Он со всей силы сжал кулаки, резко выдохнув. Хороший способ успокоить взвинченные нервы. — Приношу извинения, очень не хотелось упускать уникальную возможность.

Он демонстративно молчал, пока не заварил нам по большой кружке. Пододвинув сахарницу, Шмелёв-старший степенно сделал первый глоток.

— Ну вот, совсем другое дело. Теперь расскажите, в чём суть проблемы, — подбодрил его.

— Несколько видных учёных не прочитали контракты, которые подписывали. Данилов на радостях пошёл увольняться, так его чуть не избили и посадили под домашний арест. — Он снова сжал кулак, оставив на столе глубокую вмятину. Следует заметить, далеко не первую, новосозданный киборг не до конца привык к новому телу. — Это натуральное рабство!