Книга Имя нам Легион. Том 33, страница 41 – Евгений Лисицин, Дмитрий Дорничев

Поддержав тост, попробовал и сморщился. Ну и кислятина! И вот это стоит полтора миллиона рублей за бутылку⁈

— Да-а-а, не ценитель ты настоящих вин! — Вика наклонилась ко мне и заговорщицки прошептала: — Мой отец удавился бы, узнай он, что мы пьём! Его детская мечта — владеть погребом на зависть любому императору.

— О, мы давно не разговаривали о твоей семье… — при упоминании родни улыбка рыжей красавицы померкла. — Как они поживают?

— Не знаю, вроде живы, — пожала она плечами, отвернувшись к окну. Она не хотела показывать блеснувшие в уголках глаз слёзы. — Мама постоянно звонит и просит простить их, отец отправляет старомодные витиеватые письма. Брат пытался приехать, но гвардейцы не пустили его и выпроводили силой.

— Не хочешь помириться с ними? Представь: они умрут, а ты останешься без семьи…

— Они мне больше не семья! — жёстко ответила девушка, гневно сверкнув красными глазами. Быстрое изменение цвета демонстрировало резкую смену настроения. — Они потеряли право так зваться, когда пытались продать меня, словно племенную кобылу!

Обладай она силой дара Медведева, окружающие нас тарелки непременно бы разлетелись на осколки, а окна треснули. Я поспешил успокоить жену и сменил тему:

— Понятно. Забей на них, теперь мы все — твоя семья. — Взял её за руки, наблюдая за постепенно зеленеющими глазами. — Извини, что затронул тему.

— Да нет, я сама про них вспомнила. — Тихо выдохнув, она снова улыбнулась как ни в чём не бывало. — И спасибо, я очень ценю твои слова про семью! Жаль, мы пока не можем завести наследника…

— Почему? Не вижу никаких проблем. — Мой комментарий вогнал жену в полнейший ступор. Она проигнорировала принесших еду официантов, глядя на меня со слегка раскрывшимся ртом. Я сделал вид, словно протягиваю ей что-то. — Виктория Покровская, окажешь ли ты мне честь стать матерью нашего ребёнка? Наследника фамилии, княжеского титула и тому подобного…

Договорить я не успел, помешал жуткий грохот. Вика не выдержала нахлынувших чувств и потеряла сознание. От неожиданности я не успел подхватить падающую девушку, зацепившую за собой скатерть.

Плакала моя утка по-пекински…

— Прости, прости, прости! — бесконечно извинялась Вика, обмахиваясь поданным официантом веером.

Устроенный нами бардак моментально убрали, скатерть заменили на новую прямо из упаковки, поставили вазу со свежими цветами и принесли такие же блюда. Я спросил, неужели из-за нас кто-то остался без своей давно ожидаемой утки по-пекински, но меня заверили, что они специально готовят по несколько порций на случай подобных инцидентов. Аристократы любят чудить, и в лучшем ресторане Хабаровска давно к этому привыкли.

— Господин Покровский, вы можете делать всё, что вам заблагорассудится! Хотите разгромить ВИП-зал? Сожгите его дотла, разбейте посуду, выбросьте меня в окно! — управляющий говорил с маниакальным огоньком, мне даже стало не по себе.

— Скажите, зачем вам это нужно? — нахмурился я. Подобные слова сильно выходили за рамки обычного желания услужить клиенту ради дополнительных чаевых или хорошей рекомендации.

— Сейчас в моём ресторане находится самая знаменитая пара России! Теперь я могу не беспокоиться о посещаемости на год вперёд. В случае любого скандала наш ресторан станет точкой притяжения для всей империи! — он позволил себе погрузиться в мечты, громко причмокнув. — Тогда мы точно обставим эти новомодные заведения в Москве!