Книга Имя нам Легион. Том 33, страница 120 – Евгений Лисицин, Дмитрий Дорничев

— Ты правда не сердишься? — спросила Нуура с замирающим сердцем.

— Нет. Все совершают ошибки, от них невозможно спастись. — Погладил её по спине, прекрасно чувствуя напряжённые мышцы сквозь тонкую ткань комбинезона. — Ты ему веришь?

— Наверное, да… — ответила она без уверенности. — Выглядел искренне. Жаль, все эти анальные зонды всего лишь макеты: могли бы узнать всё из первых уст.

— Рот находится немного выше, — хохотнул я, выпуская нирлянку. — Ладно, пойдём, поговорим с ним. И заодно с остальными.

В грузовом отсеке станции Легиона собралась целая приветственная делегация. При моём появлении куча нирлян одновременно склонила головы с крайне виноватым видом. Для полноты картины им не хватало прижимаемых к животам шапок.

— Господин Цезарь, мы приносим самые искренние извинения! Вы спасли наш мир, а мы пропустили угрозу вашему… — Говорить заставили симпатичную нирлянку с полурасстёгнутым комбинезоном. При виде соперницы глаза Нууры превратились в узкие щёлочки. Кто-то поступил крайне смело и глупо.

— Кхм… — Мы с Андреем одновременно растерялись, однако ИИ не забыл проанализировать лица собравшихся. С вероятностью в семьдесят один процент им было искренне жаль. — Спасибо, я тронут вашим участием. Я бы хотел поговорить со всеми операторами, по одному, в отдельном помещении.

— Разумеется! — Нуура не дала девушке ответить, повысив голос. — Мы выделим спасителю Нирла всё необходимое! Где Нат?

Так, видимо, звали её горе-заместителя. На лицах переглядывающихся нирлян возникло недоумение: его давно никто не видел.

— Вроде он у себя в каюте, — неуверенно высказалась грудастая девушка. — Сказал, хочет немного отдохнуть…

В груди возникло нехорошее предчувствие, и я велел Нууре немедленно отвести меня туда. Когда порицаемый обществом человек внезапно исчезает, он или замыслил пакость, или очень плохую вещь. Словно услышав мои мысли, жена схватила меня за руку и резко ускорила шаг.

Увы, печальная догадка подтвердилась: за ушедшей вверх дверью обнаружилась крайне неприятная картина — нирлянин мерно покачивался в петле с вывалившимся языком. Я тут же срезал верёвку нанороботами, и мы с Нуурой одновременно бросились к нему, подхватывая падающее тело.

Бросив Ната на пол, выхватил лечебное зелье, силой разжал сжатые зубы и влил в него сладкую жидкость. Сработало: нирлянин передумал уходить на тот свет и резко вдохнул, сев на полу.

— Отойдите, мы не в театре! — прикрикнула Нуура на собравшихся у входа коллег. Они смотрели на неудавшегося самоубийцу с раскрытыми ртами. — Идите работать — шоу окончено! Ах да… Операторы никуда не уходят: сейчас Цезарь устроит допрос.

— Просто поговорим, — вздохнул я, больше не видя в этом смысла. Всё стало понятно по реакции разрыдавшегося Ната — нирляне и впрямь допустили ошибку, а не пытались навредить мне за деньги Эдуарда. — Начнём с Ната.

На станции Легиона не было отдельной допросной, под неё приспособили обычную каюту. Нууре не очень хотелось пускать в свою обитель половину экипажа станции, и мы выбрали комнату Ната, тем более что он был первым.

Жильё заместителя управляющей станции ничем не отличалось от начальственного: та же удобная постель (не раз проверял), рабочий стол и санитарный отсек. Настоящая роскошь по меркам космической станции с дефицитом свободного пространства. Я посадил ничего не соображающего нирлянина перед собой и посмотрел ему в глаза. Он быстро опустил голову, значит, понимал, с кем говорит.