Книга Имя нам Легион. Том 34, страница 14 – Евгений Лисицин, Дмитрий Дорничев

В кабинете появилась голограмма названного мной аристократа: жирный мужчина с тройным подбородком вызывал омерзение, особенно после знакомства с его деятельностью.

— Слишком громкое обвинение: он ведь не брал деньги у бритов. — Медведев слегка повёл плечами. — Граф просто жадный и зарвавшийся. Обязательно отправлю к нему Ростислава.

— Он такой не один, их сотни, тысячи. Под раздачу попадёт не меньше шестидесяти семи процентов аристократов. — От суровой цифры в кабинете воцарилось тяжёлое молчание, которое я разбавил позитивной новостью: — Взамен получившие послабления простолюдины обретут больше прав и возможностей, своим трудом они изменят Россию. По эффекту это сравнимо с отменой крепостного права.

— О боги, как же я был слеп! — простонал окончательно офонаревший министр финансов. — Не распознал демократа! Ваши «отнять и поделить» у меня уже в печёнках сидят!

— Вы не правы, я не верю в демократию и не собираюсь залазить в чужую казну. Аристократы должны сами захотеть вложиться в новые проекты. — Постепенно мне становилось всё сложнее сохранять самообладание. Я объясняю, а он не понимает и ищет поводы перестать слушать! — Мои предложения касаются реформации монархии. Наш император останется на троне, и он получит больше власти. Те, кто не подчинится, лишатся всего, лоялисты же окрепнут и разбогатеют.

— Игорь, тебе не кажется, что ты перебарщиваешь? — вздохнул окончательно успокоившийся Медведев. — Ты предлагаешь хорошие идеи и описываешь прекрасные перспективы, но какой от них толк в случае мятежа всей аристократии? Они не станут сидеть и смотреть, как мы отнимаем у них всё.

— Для этого у нас есть Ростислав и Андрей, вместе они не допустят восстания.

Я не стал эффектным жестом выкладывать флешку на стол и долго ждать, пока с ней ознакомятся. Да и Медведев вряд ли воткнёт её в свой компьютер, это ведь большой риск компрометации закрытой правительственной сети. Я банально воспользовался очередной голограммой, проецируя на ближайшую стену сотни полупрозрачных папок:

— Я позволил себе немного залезть в вотчину Ростислава. Тут собран компромат практически на всех видных аристократов России. У некоторых, в принципе, ничего серьёзного — измены жёнам, любовь к азартным играм и неисполнение обязанностей. У других хуже: налоговые махинации, контрабанда, опасные связи с иностранцами. Я говорю не про семьи за границей, а про встречи с возможными шпионами.

— Ого… не буду спрашивать, откуда у тебя вся эта информация… лучше скажи, почему ты не передал её нам? — Медведев вновь нахмурился, и на лбу императора пролегли глубокие морщины. Тяжёлая у него работа, постоянно сидеть с мрачным лицом.

— Компиляцию данных закончили этой ночью, и я сразу прилетел, — соврал, не моргнув глазом. Мы оба знали правду и не спешили её озвучивать. Гора компромата была отличным козырем, и отдать её просто так мог только глупец, а я себя к таким точно не относил. — Так сказать, с пылу с жару. Надеюсь, этого рычага давления хватит, чтобы изменить мнение многих аристократов.

— Пожалуй. Отправь данные Ростиславу, мы потом их изучим. — Он побарабанил пальцами по столу, постепенно успокаиваясь… — Я правильно понимаю, мы получим рост ВВП около пятидесяти процентов в первый год, если примем твои предложения?