Книга Повторившаяся любовь, страница 50 – Розанна Батиджелли

Глядя на Нэв и Бьянку, поднимавшихся по лестнице взявшись за руки, он чувствовал прилив тепла и нежности. Его племянница явно доверяла своей новой няне. И он тоже.

Ощутив легкость и удивившись, что все еще способен испытывать это чувство, Дэвид позвонил своему издателю в Милан, чтобы сообщить ему, что он вернулся к написанию романа. Они обсудили детали и сроки, назначили встречу в середине недели. И он мог бы взять Нэв с собой снова…

Насвистывая, Дэвид вернулся на кухню. Его издатель был в восторге, да и сам он был взволнован. Но сейчас все его мысли занимали пляжные сборы. Они пробудут там до полудня, и Бьянка наверняка проголодается.

Прихватив пакет в кладовке, он решил взять простые продукты: панини, сыр, оливки, помидоры и еще кое‑что из холодильника. Туда же он положил бутылку красного вина и два хрустальных стакана, которые завернул в полотенца.

Дэвид вспомнил о первых словах Нэв сегодня утром, когда он подумал, что она пожалела о произошедшем между ними, и как вздохнул с облегчением, так как речь шла всего лишь о приезде ее матери. Не то чтобы он был в восторге от этой новости, но это было не страшно, потому что Нэв не собиралась от него уходить.

Дэвид застыл с внезапным осознанием. Он не хотел расставаться с Нэв.

Ни сейчас… ни когда‑либо.

Нэв сначала проводила Бьянку в ее комнату и помогла ей надеть купальник и собраться на пляж. Бьянка настояла на том, чтобы взять с собой дельфина, которого назвала Берри. Потом девочка ждала свою няню в ее комнате. Нэв переоделась в ванной в красный купальник, сверху надела белые шорты и зеленую блузку в крестьянском стиле.

Когда она расчесывала волосы, внезапно подошла Бьянка и спросила:

— Можно мне расчесать тебя? Мама мне разрешала… А потом она меня расчесывала. Она называла меня своей принцессой…

Сердце Нэв заныло от печали в голосе Бьянки.

— Конечно, можешь, Бьянка. — Она наклонилась к девочке, чтобы их глаза были на одном уровне. — Знаю, что ты скучаешь по своей дорогой мамочке. И по папе. Просто помни всегда, что они любят тебя и хотят, чтобы ты была счастлива.

— Но почему они умерли и оставили меня совсем одну? — Губы Бьянки задрожали.

— Милая, ты не одна, — сказала Нэв мягко. — У тебя есть дядя Дэвид. Он любит тебя, и твои мама и папа выбрали его, чтобы он о тебе заботился. Вот почему они сделали его твоим крестным отцом, когда ты родилась.

Лицо Бьянки нахмурилось.

— Неужели они знали, что умрут?

— Нет, милая. Но когда ты скучаешь по ним, думай о чем‑то прекрасном — об ангеле, мерцающих звездах или радуге — и представь, что они рядом. — Она тепло улыбнулась. — Твои мама с папой всегда будут в твоем сердце и воспоминаниях, Бьянка.

— Но это же выдумка, — сказала Бьянка. — Я хочу, чтобы это было реальностью.

— Когда веришь — будет реальностью, — пообещала Нэв, постаравшись, чтобы голос звучал ровно. — Давай подберем тебе особое имя? Твоя мама называла тебя принцессой. Раз ты так хорошо ухаживаешь за своим дельфином, давай я буду звать тебя… — Она сделала вид, что размышляла. — Королева дельфинов! Вам нравится, ваше величество?

— Мне нравится, мисс Нэв!

— А как насчет того, чтобы называть меня просто Нэв?

— Хорошо, но могу я иногда называть тебя Сноу — Белоснежка?

Вежливый кашель заставил их обеих посмотреть в сторону двери. Там стоял Дэвид. Как долго он был там? Слышал ли он слова Бьянки о ее родителях?