Книга Повторившаяся любовь, страница 16 – Розанна Батиджелли

Дэвид был уверен, что сможет определить, насколько искренней была Нэв на собеседовании. И если ему что‑то не понравится, он в тот же день отправит ее обратно в Ванкувер.

Когда Дэвид открыл массивную входную дверь, то его словно пронзило электричеством. Его взгляд устремился сначала на Нэв, потом он улыбнулся Томазо, попросив его отнести ее багаж в комнату. Ничто в ее взгляде не указывало на то, что она узнала его. Отлично. Но ее улыбка вдруг померкла, и он осознал, что выражение его лица не самое приветливое. Независимо от того, что он думал о ней, ему нужно было быть с ней вежливым ради Бьянки, напомнил он сам себе.

Дэвид заставил себя улыбнуться, несмотря на то что внутри у него все сжалось. Но понял, что ему не удалось обмануть ее.

Он откашлялся и попытался сказать как можно более дружелюбно:

— Прошу прощения, синьорина Уайлдер. Плохо спал последние несколько месяцев. Это было очень трудное время, как вы можете себе представить.

Он предложил ей руку.

Ее аквамариновые глаза расширились от удивления.

— Да, конечно, синьор. — Она мягко сжала протянутую ладонь. — Я очень сожалею о вашей потере… и о потере Бьянки.

Прикосновение ее руки, пусть и недолгое, воспламенило его нервные окончания.

Он кивнул и сосредоточился на том, что она говорила. Ее глаза действительно наполнились слезами, или ему это показалось?

— Спасибо. Могу ли я взять вашу ручную кладь?

Ему не хотелось дальнейших упоминаний о сестре и зяте, он боялся расчувствоваться перед ней.

К счастью, появление Томазо отвлекло их обоих. Дэвид поблагодарил его и предложил ему прохладительные напитки, но тот почтительно отказался:

— Моя жена написала, что ждет меня к ужину.

Он пожал Томазо руку, и тот направился к своему «фиату».

Дэвид сделал знак, чтобы Нэв вошла в замок, который наверняка произвел на нее огромное впечатление. Дубовая лестница, сводчатый потолок, роскошная мраморная плитка персикового оттенка, инкрустированная мебель из грецкого ореха и дуба, включая массивный круглый стол с большой хрустальной вазой со свежесрезанными цветами, которые доставляли в замок раз в неделю. Он наслаждался их видом и запахом — сочетание пиона и олеандра, жасмина и розы, характерное для Калабрии.

— Вам нужно отдохнуть с дороги. Пойдемте, я покажу вашу комнату.

Нэв на мгновение заколебалась, прежде чем кивнуть, и стала грациозно подниматься по лестнице. Дэвид не мог оторвать взгляд от ее фигуры. Платье прекрасно подчеркивало изгибы ее тела, расклешенная многослойная юбка покачивались при каждом движении бедер. Она вдруг остановилась, и он, отвлекшись, наткнулся на нее. Нэв едва не упала, и он, выпустив сумку из рук, инстинктивно поддержал ее.

Его словно пронзило током. Он держал ее в руках, его губы были всего в нескольких дюймах от ее шеи… о, как часто он мечтал об этом…

Он почувствовал, как она напряглась. И все его надежды взять ее на руки, покрыть поцелуями шею, коснуться коралловых губ, разбились, как волны о валуны на берегу.

— Простите, — быстро извинился он и поднял выпавшую из рук сумку.

Дэвид повел ее мимо доброй полудюжины дверей, пока они не дошли до четырех комнат, расположенных в одной из башенок замка. Он решил поселить ее в свободной гостевой рядом с детской Бьянки, напротив его спальни и кабинета.