Книга Скандальный роман с бывшим мужем, страница 50 – Мария Акулова, Арина Вильде

— Не делай из меня сумасшедшую истеричку, Игорь, — я не могу сдержать истерику, взмахиваю рукой, каждое слово ему в лицо выплевываю. — Тебе не кажется, что это немного странно: исчезнуть на пять лет, абсолютно не интересоваться моей жизнью, а сейчас заявиться с какими-то требованиями? Тимур рос без отца, Игорь, и это полностью твоя вина. Я и не думала скрывать от тебя сына. Я хотела сказать тебе о беременности, как только узнала об этом. Но знаешь что сделал ты, Игорь? — мой голос срывается, по щекам катятся слезы. Обещала, что перед ним никогда не буду слабой, но в очередной раз не сдержала своих обещаний. — Ты бросил к моим ногам сумку с деньгами и попросил не препятствовать разводу.

— Ты ничего не знаешь, Агата, — его нервы тоже на пределе, он повышает голос, перекрикивает дождь.

— Нет, Игорь, я все знаю! Все! И о твоей любовнице в том числе.

— Что за бред? Какая еще любовница?

— Это не бред. Я видела вас. Ты хоть бы шторы закрыл на окнах, когда ее в нашу квартиру привел.

— Давай сядем в машину и ты мне объяснишь кого я приводил в нашу квартиру и когда. Этот чертов зонт сдувает ветер, ты вся промокла.

— Никуда с тобой не пойду, Игорь. О сыне поговорим позже, я не собираюсь препятствовать вашему общению, но от меня держись, пожалуйста, подальше. Я тебе не собачка, которую можно бросать, потом возвращаться, а потом соседям отдать, потому что надоела. У меня своя жизнь, у тебя своя. На этом сегодняшний разговор закончим, — разворачиваюсь, чтобы уйти, но Игорь хватает меня за руку и тянет на себя.

— Ни черта он не закончен, Агата, мы только начали.

И тянет меня в сторону своего автомобиля.

Игорь заталкивает меня в машину, громко хлопает дверцей, отрезая меня от остального реального мира. Я вся дрожу, то ли от холода, то ли от нервного напряжения. Наблюдаю как Серебрянский обходит капот автомобиля и занимает место рядом.

Несколько минут просто сидит молча, сжав пальцами руль, и молчит. Я понимаю, что он пытается успокоиться, прежде чем продолжить разговор. Годы идут, а Игорь не меняется.

Он делает глубокий вдох, потом заводит мотор и включает подогрев сидений.

— Я хочу, чтобы ты выделила один день и мы провели его с сыном. Хочу, чтобы он привык ко мне, а потом скажем ему о том, что я его отец.

— А я хочу чтобы ты исчез, — произношу упрямо, отворачиваюсь к окну, чтобы Серебрянский не заметил моих слез.

Он прикасается к моей руке и я вздрагиваю.

— Посмотри на меня, Агата, — требует, а когда я упрямо продолжаю сидеть, смотря в окно, он берет меня за подбородок и заставляет повернуть к нему голову.

— Разве я сделал или сказал что-то плохое? — щурится, внимательно смотря на меня. — Или ты планировала всю жизнь в молчанку играть?

— А ты хотел, чтобы я искала тебя по всей стране со снимком УЗИ в сумочке? — интересуюсь язвительно. Я все еще не могу понять чем грозит нам с Тимкой появление Игоря в нашей жизни.

— Мне кажется, мы говорим с тобой на разных языках. Чем болен мой сын? Я собираюсь найти лучшую клинику и показать его докторам.

— Это не поможет, — поджимаю губы. — Я уже консультировалась с многими. Это геморрагический васкулит, он должен пройти в течении двух лет. Мы принимаем препараты, а еще нужно придерживаться правильного питания, чтобы не случилось рецидивов. Сейчас все хорошо, если так продолжится дальше, то через несколько лет мы вообще забудем, что когда-то у нас это было, — поясняю негромко. Все же он имеет право знать, что с его сыном.