Книга Я тебя отвоюю, страница 116 – Мария Акулова

Когда-то, еще в прошлых отношениях, тревожилась, смогут ли они с Богданом, настолько привыкшие каждый к своему личному пространству, ужиться. А теперь… К черту личное! Только общее. Начиная с пространства и заканчивая дыханием.

И пусть поначалу Даша еще боялась, стеснялась, сдерживалась, не вываливая на Стаса все свои отчаянно влюбленные мысли в той мере, в какой хотелось, но теперь перестала.

Когда грудь разрывало от переизбытка чувств — позволяла себе ими делиться. Пару раз даже слез не сдерживала от счастья, когда он говорил или делал что-то вроде бы незначительное, но слишком наполненное заботой именно того — единственного, любимого — человека, чтобы у нее был малейший шанс сдержаться.

Сегодня квартира тоже должна была остаться пустой. Стас — заехать за Дашей после работы, привезти к себе, но планы были разрушены одним звонком.

Даша как раз пила кофе, облокотившись о стойку рецепции, слушала историю Аллы о том, как та вчера неудачно сходила на свидание, тихонько похихикивая… На душе было так хорошо, что словами передать не получилось бы. До следующего заседания осталось чуть меньше месяца, а значит… Еще немного, еще чуть-чуть и Стас будет свободен, как птица.

Когда зажужжал телефон, Даша улыбнулась еще шире, подняла вверх указательный палец, прося Аллу сделать паузу в рассказе, залезла в кармашек. Успела привыкнуть, что чаще всего звонит ей Стас. Часто просто, если появилась свободная минута, если вышел за кофе или выехал на какую-то встречу. Просто… Если хочется.

Как бы странно это ни звучало, но именно он — тот, в возможности ответных чувств которого она так сомневалась, научил ее этих самых чувств и порывов не стыдиться.

Вот только когда Даша увидела, что на экране горит не «Стас» и сердце, а имя соседки, удивилась.

Сделала несколько шагов прочь от рецепции, повернулась, взяла трубку.

— Алло…

— Алло, Дашенька… Добрый день…

Они не общались так, чтобы очень уж часто. Обменялись телефонами на всякий случай, здоровались, когда доводилось встречаться во дворе или в лифте, несколько раз обращались друг к другу за неимением соли, но на том все. Поэтому даже сам звонок показался Даше странным, а когда поняла, что и тон не то, чтобы совсем легкомысленный, напряглась.

— Добрый день, что-то случилось? Нужна моя помощь?

— Нет-нет, Дашенька. Помощь не нужна, просто… Я даже не знаю, как сказать… — соседка начала с энтузиазмом, а потом вновь запнулась, вызывая очередной приступ тревоги.

— Говорите, я слушаю, — Даша постаралась подбодрить, но не была уверена, что получилось. В чем смысл звонка она еще не знала, но от нехорошего предчувствия отмахнуться уже не удавалось.

— Мы с детьми гулять вышли, а тут… Я не знаю, когда это сделали, Дашенька… И кто — тоже не видела, но тебе… Дверь испортили…

Сердце ухнуло в пятки, а потом взметнулось вверх… И тут же застряло в горле, трепыхаясь. Даша сглотнула, пытаясь справиться, прокашлялась несколько раз.

— К-как испортили? — вопрос задала уже тусклым, будто глухим, голосом.

— Я… Я с детьми. Не могу объяснить по-человечески, но тут краской испортили, написали… Давай я тебе фотографию отправлю, хорошо? Если есть возможность приехать, я бы на твоем месте… И можешь рассчитывать на помощь, если решишь обращаться куда-то. Таким хулиганам нельзя с рук спускать…