Книга Стану смелой для тебя, страница 56 – Мария Акулова

— Всё хорошо. А у вас?

Санта произнесла уверенно, растягивая губы в улыбке. Вроде как попыталась свести в шутку, но Чернову она не зашла. Он не ответил тем же. Вздохнул, опустил на секунду взгляд вслед за головой, сфокусировавшись на костяшках пальцев, сомкнутых в замок, потом опять поднял на собеседницу.

— С Альбиной получается?

Снова спросил, теперь смотря с легким прищуром. Санта же снова передернула плечами.

— Боюсь, она довольна мной не настолько, как ожидала от Щетинской, но вы правильно когда-то сказали – у каждого свой потолок.

Санте очень хотелось, чтобы звучало достойно. Не пахнуло ни нытьем, ни упадничеством. Будто просто констатация. Но на душе стало очень гадко. Потому что эти слова от Альбины, наверное, задели чуть ли не сильнее всего.

Больше разве что: «А Данила говорил, что умница…» и оценивающий взгляд, дающий понять, что в глазах Примеровой она скорее кусок дерьма, чем умница.

Это сделало больно. Это плакать заставило. Уже потом. Дома. Вечером.

А утром снова собираться и идти. И бесить её своим стеклянным выражением. Провоцировать на новые «комплименты». Убивать веру в себя на корню.

Санта понимала, что делает Альбина: сбивает с неё гонор. Но дело в том, что гонора в ней и не было. Только неуверенность в себе, которая вот сейчас достигла уровня, когда Санта элементарно не знает, а стоит ли ей вообще поступать на магистратуру. Стоит ли пытаться попасть и закрепиться в этом мире, где побеждают такие, как Примерова. Где такие, как Санта – корм для рыб покрупнее.

Где Чернов, наверное, в глубине души согласен с рыжей советницей. Просто из вежливости об этом так в лицо не скажет. Где сам же передал в «надежные» руки. Где до сегодняшнего дня ни разу не писал в том диалоге, в котором десятью минутами ранее вслед за старым «Умница» загорелось «Ты в офисе?».

— Не перекручивай. Я говорил не так.

Замечание Санты было направлено на то, чтобы наперед оправдать свою профнепригодность. Чернов отреагировал не так, как ожидалось. Мог бы просто кивнуть, а он сильнее нахмурился, внимательнее смотря на девушку.

Что сказать дальше – Санта не знала. Поэтому сначала смотрела в ответ, потом не выдержала – соскочила с его лица чуть в сторону.

Почему-то ей казалось, что Чернов читает её лучше, чем любой другой человек. Это скорее всего была попытка выдать желаемое за действительное, но от греха подальше лучше было не рисковать.

— В среду суд по ССК. Ты помнишь?

Данила задал неожиданный вопрос, Санта ненадолго замерла, потом кивнула… Вернулась к его глазам. Увидела, что выражение на его лице становится менее суровым, в глазах снова загорается что-то похожее на тепло…

А в её, наверное, намек надежды…

— Со мной поедешь?

Которую он оправдывает своим вопросом и получает новый кивок, после чего – опущенный на руки взгляд и наконец-то приливший к щекам румянец.

Его ничего не значащее предложение творит с Сантой что-то невообразимое. Всколыхивает разом всё. У неё сжимается горло и хочется плакать. Но и улыбаться тоже хочется. Ей снова плохо и хорошо. И снова причина в нём.

Сам того не понимая, Чернов бросает её из крайности в крайность. Хочет добра, а творит зло.

Искренне верит в то, что Альбина станет для неё более близким, надежным учителем. Доверяет, как себе. А в итоге…