Онлайн книга «Иду на свет»
|
— Ты спасла меня от страха, малыш… С тобой я уже ничего не боялась. И пусть её заслуги в этом нет, но по грудной клетке теплом разливается любовь. Так сходу и не поймешь — своя или родительская. Мамина рука так и лежит на щеке, Санта накрывает её своей ладонью, тоже гладит. — А почему вы больше детей не захотели? Этот вопрос она тоже не задавала. В детстве «сестричку» или «братика» не просила. По той причине, которую отчасти озвучила Даниле. У неё были братья, но близости с ними не было. Она тогда не представляла, что может быть иначе. Но родители… Они же мыслили не так. Елена задумалась, ненадолго взгляд скосила. Потом снова на Санту — лучистый, но чуточку грустный… — Мы хотели. Пробовали ещё… Но как-то не получалось больше. Бог так решил, значит. Весь в тебя вложился… В кухне повисла тишина. Лена с любовью смотрела на своего ребенка. Санта — снова за окно. Туда, где снег и елки. Закусила губу, прикрыла глаза, выдохнула… Нельзя всего и всегда бояться. Просто нельзя. Чтобы подарить спокойствие отцу, её мама когда-то делала куда более рискованные шаги, чем те, которые сегодня страшат Санту. Вела себя смелее. Жалела себе меньше. Больше жалела его. Не боялась сравнений с женщиной, которая, в отличие от «Риты», навсегда осталась в жизни её любимого мужчины. Потому что мать детей не вычеркнешь. Может даже больше любила. И этому надо учиться. Очень надо… — Ма… Чувствуя, как сердце сбивается с ритма, Санта вернулась взглядом к лицу Лены. Та продолжала улыбаться, когда Санта смотрела уже серьезно. Явно не ждала подвоха. Скорее всего явно же не готова услышать вот сейчас то, что Санта готова сказать… — Ты только не волнуйся, хорошо? Улыбка Елены становится шире. Она не ждет удара — кивает. — Ты знаешь, что я человека одного люблю… Слова срываются с губ Санты, и это почти так же страшно, как когда-то было признаваться в чувствах Даниле. Но если она хочет будущего с ним — это всё надо делать. Шаг за шагом. День за днем. Ей и так повезло. Там, где казалось, нет ни единого шанса, ей так легко досталась огромная любовь. Которую нельзя предавать сомнениями, излишней осторожностью и скрываемым эгоизмом. — Знаю, Сантуш… И жду, когда ты меня с ним познакомишь. Может на Новый год? Приезжайте вместе… Я буду рада… Осознавая, что Санте нужна поддержка, Елена тут же её дает. Подхватывает, улыбается, смотрит тепло и предлагает так, что не усомнишься: она правда будет рада. Она примет выбранного дочерью человека. Она ей доверяет… — Вам знакомиться не надо, мам… Но дочь умеет удивлять. Шепчет, зная, что щеки загорелись. Хочет отвести взгляд, но нельзя. Собирается, сжимается внутри, смотрит в глаза… — Это Данила, мамуль. Данила Чернов. * * * — Зачем ты голая выскочила, Сант, а? Санта с замиранием сердца следила, как Данила огибает машину, на ходу расстегивает пальто, стягивать начинает… — Мне не холодно… — она говорит правду, но в ответ получает только скептический, не очень довольный взгляд, а потом его пальто приземляется на её плечи. Ей правда не было холодно, но ощутив его тепло и запах туалетной воды, становится ещё и спокойно. Потому что всё утро потряхивало. Санта волновалась жутко. Вчера вечером рассказала маме о том, что они с Данилой вместе. Елена не падала в обморок, не обвиняла, не говорила, что выбор дочери не одобряет. Но была знатно огорошена, что и неудивительно. |