Книга Подарок от (для) лучшего друга, страница 56 – Алика Фортис

А я был уверен, что большая. У неё такой стимул теперь лежит, кряхтит и хнычет в маленькой люльке. А зная, как Поля хотела ребёнка и сколько неудач пережила, то сейчас она просто обязана выкарабкаться.

— Когда к ней можно?

— Это не скоро, молодой человек. Пока она будет находиться в реанимации под круглосуточным наблюдением. А дальше, как пойдёт.

А я мечтал её увидеть. Самому убедиться, что жива, что дышит. Хотя бы минуту рядом с ней провести.

Домой уехать не смог. Словно прирос к этому грёбаному больничному коридору. Единственный раз отлучился умыться и снова сходить в детское.

Малышка по-прежнему была подключена к аппаратуре. Меня это напрягало, но как объяснили врачи, они решили перестраховаться. Просто понаблюдать. После всех событий, при которых она появилась на свет, это необходимо. В целом же, она была здоровой, крепенькой и без каких-либо травм, отклонений и патологий. Но я, наверное, смогу выдохнуть только тогда, когда все эти датчики с неё уберут. А пока всё равно не спокойно.

Смотрю на неё и по-прежнему поверить не могу, что теперь я отец. Аж дыхание сбивается от этой мысли. Хочется воздух хватать жадными глотками. Это чудо, что она осталась невредимой. Её матери повезло меньше.

Через силу заставил себя уйти оттуда. Устроившись в кресле недалеко от центрального входа, попытался подремать. Да только не получалось. Стоило закрыть глаза, как всякие ужасы мерещились. Из больницы меня никто не гнал, только косились опасливо, но молчали. Дождусь Полиных родителей, а там видно будет. Да и, вообще, чувство было, что я должен быть именно здесь.

На час всё же отключился, правда, очнулся ещё более потерянным и разбитым. Полины родители приехали минут через тридцать после этого.

На них было больно смотреть: Марина Петровна – мать Поли нервно комкала в руках платок и безудержно плакала, отец пытался держаться, но тоже с трудом.

— Это я виновата. – то и дело причитала Марина Петровна, виня себя. – Если бы я не попросила её поехать на вокзал, ничего бы не случилось. Я своими руками её… – не договорив, она разрыдалась с ещё большей силой. Её муж, приобняв за плечи, пытался успокоить. Хотя сам был на грани. Бледный, как простыня.

— Виноваты не вы, а тот, кто был за рулём. – пытался хоть как-то облегчить её состояние. Да только не помогало ни хрена. Да и не поможет. Говорить можно всё, что угодно, от этого всё произошедшее не изменится. Время назад не отмотать.

— А ребёнок? Как она? – словно опомнившись, задала вопрос о внучке.

— С ней всё в порядке. Не пострадала. Поле провели экстренное кесарево. Малышку наблюдают, но прогнозы хорошие. – почему-то сейчас говорить о ребёнке было ещё сложнее, чем о Поле.

Судя по поведению и дальнейшей беседе, родители Поли понятия не имели, кто отец ребёнка. Я тоже попридержал информацию. Успеется. Сейчас и так потрясений сверх нормы.

Побыв в больнице ещё немного, всё же решил доехать до дома. Пока здесь были Полины родители, уезжать было немного спокойнее.

В детском отделении мне выдали целый список необходимых для ребёнка вещей. Приведу себя в чувство, заеду к Поле в квартиру, при необходимости, заскочу в магазин и потом обратно в больницу. С этим настроем я выехал в сторону дома.

Миша

Приняв душ, выпил кофе и поехал в Полину квартиру. Не смотря на то, что я практически сутки не спал, чувствовал себя сносно. Видимо, на адреналине держался.