Книга (Не) измена, страница 87 – Алика Фортис

— Да мне похуй на себя. Но вот если бы что-то случилось с Варей, я бы тебе прямо здесь шею свернул. Сука. — снова накрыло, вспомнив тот вечер. Не хотела она.

— Варя-Варя-Варя! У вас везде одна Варя! — выкрикнула, не скрывая раздражения.

— А ты чего, блядь, хотела? Себя на её месте?

— Хотела! И не скрывала этого. Только вы всё с ней носитесь, как с хрустальной вазой. Варя то, Варя это. Она ушла от вас! Зажила своей жизнью. А вам этого будто недостаточно. Всё равно, как привязанный за ней. Я за женой вашей ещё в начале практики наблюдала понемногу. Ненавязчиво, издалека. Что любит, где бывает, как одевается. Понять хотелось, что вам нравится. Но поняла только то, что мне нужно быть её противоположностью! Там же скукотища. — начала сыпать откровениями, а я конкретно охреневал над брешью в её голове. — У вас же не жизнь, а тухляк. Всё по накатанной. Одни и те же места, одни и те же люди вокруг. Никакого разнообразия.

— И ты это разнообразие внести решила? — смотрел, прожигая ненавидящим взглядом.

— Решила. И у меня практически получилось. Только опять эта вездесущая Варя, все планы спутала. А я знала, что понравилась вам. И если бы не она, всё бы было иначе.

А я, сука, даже думать не хочу, как бы оно было. Сейчас всё в итоге тоже обернулось полной задницей. О которой никогда в жизни бы не подумал. Девка наглухо больная. От понимания, что она ещё и следила за Варей, волосы дыбом. В холодный пот бросило.

— Про развод от кого узнала, что прискакала в тот же вечер? Тоже следила или сливал кто? — потому что, если кто-то сливал, я и эту гниду найти должен.

— Сама узнала. Я же уверена была, что этим всё кончится. Ждала, надеялась. Специально не мельтешила всё то время. В стороне держалась. А узнать в какой день заседание, время и результат слушания, несложно. Вы же сами мне показывали, как всё это смотреть на сайтах судов. Узнать, что иск удовлетворён, труда не составило.

— Ты реально такая дура, если считала, что мой развод что-то изменит?

— Надеялась на это. Но для закрепления результата, хотела ещё фотографии показать, как она время проводит. Точнее, с кем. Прождала вас у подъезда тогда несколько часов. Но только вы, Никита Александрович, меня и слушать не стали. — суку прорвало, вываливала мне всю подноготную, позабыв про слёзы и всхлипывания. Действительно, ни к чему этот дешёвый спектакль. Не поверю.

— Какие на хер фотографии? — проговорил сквозь стиснутые зубы.

— Сосед мой, Славик, следил за ней, фотографировал. Он торчок, за небольшую плату готов на любую просьбу. Он же в тот вечер вместе с другом и её припугнуть должен был. Точнее, Славик припугнуть, а друг на стрёме был. По плану не было никакого криминала. Просто нагадить хотелось, напугать. Хоть как-то отыграться для собственного удовлетворения. Кто же знал, что вы опять за ней по пятам? — рассказывала с такой злобой и желчью в голосе, что дай волю, она бы Варю растерзала. — Я после того вечера у вашего дома, прекрасно поняла, что не подступиться. Просто злилась. Хотелось себя успокоить хоть как-то. Но получилось, как получилось. — напугать? Нагадить? Не верю. Ни одному, блядь, слову не верю. Сука лживая.

— Это блядь не сраные игры! Не морской бой, где ранен-ранен-убит! Тут всё по-настоящему! — уже не сдерживаясь орал. Плевать, что в башке отбойные молотки и штормит по-тихой. Меня разрывало от бешенства. — Ты, блядь, со своей маниакальной одержимостью совсем берега попутала! Это жизни человеческие. Реальные! И если ты своим воспалённым мозгом не в состоянии этого уяснить, тебе помогут! Так, чтоб на подкорку въелось до конца жизни. Припугнуть она, блядь, хотела!