Книга Грозный Шторм, страница 51 – Алика Фортис

— Что-то сказать мне хочешь? – задал вопрос, подойдя к нему.

— Хочу, – и, кажется, знаю, о чём пойдёт речь. Точнее о ком.

— Ну, заходи, – пропустил его в свою каюту и зашёл следом.

— Не лезь к Ане, – начал с места в карьер.

— Иначе что?

— Иначе не посмотрю, что ты капитан и в целом мой друг. Обидишь Аню, я в стороне стоять не буду.

— Не обижу, – не люблю оправдываться. Но этот разговор должен был состояться.

— Я же давно тебя знаю. Ты ничего серьёзного ей не предложишь. А покрутить шашни, а потом свалить в закат – это не про Аню, – верю, что беспокоится за неё. Но, думаю, не только в этом дело.

— Она и тебя зацепила? – задал прямой вопрос без желания жевать сопли.

— А ты думаешь, она может не зацепить? – усмехнулся друг немного раздосадовано.

Я не думаю, я теперь наверняка знаю, что это нереально – не запасть на Аню. Вот и бешусь, что тут одни мужики кругом.

— Понимаю. Но зря ты думаешь, что обижу и ни на что серьёзное не мечу. Ты и сам ходок тот ещё. Но понимаешь же, что это прекращается, когда переклинит на ком-то. Я к ней не полезу, если сама не захочет со мной связываться. Но и не сольюсь только потому, что ты так хочешь. Решать не тебе и не мне, а Ане.

Ромыч и сам это прекрасно понимает.

Не дурак. На том и порешали. Пусть он и ушёл от меня недовольным. Ещё и рявкнул напоследок, что я нежилец, если всё же обижу.

А я уже окончательно определился в своём желании. Аня нужна мне вся, целиком и полностью. Нужен ли ей я – покажет время.

Аня

— Ань, у тебя сейчас рулет мясной пригорит, – сказал Илья, мой новый помощник.

А я тут же встрепенулась. Тут, похоже, не только рулет пригорает, но и я. Осталось камбуз спалить и команду жжёной едой накормить.

И ладно бы пересоленной, это хоть на влюблённость спихнуть можно. Как говорят? Пересолила – значит, влюбилась. А если еда пригорела, то что? А это значит, кто-то слишком много в облаках летает и думает не о том, чём надо.

А как, блин, не думать? Уже третий день Максим меня своими сетями опутывает. А я и не брыкаюсь. Нравится. Действительно, похоже, влюбилась.

— Спасибо, Илюш, – сказала помощнику и побежала спасать рулет, пока он резал салат.

Стоя у плиты, продолжала уплывать мыслями в другую степь, никак не связанную с едой.

Вот интересно, то, что сейчас между нами происходит, можно назвать отношениями или я забегаю вперёд?

Ну мне бы хотелось, чтоб это были отношения. Я же всё, втрескалась по уши.

Как же он целует. Ммм… Что ног не чувствую и в животе не бабочки, а крылатые гиппопотамы беснуются.

Целовались за эти три дня мы много. Но мне всё равно мало. Ещё хочется. Нравится, как ласкает губы, как покалывает кожу жёсткая щетина. И особенно нравится, что в это время вытворяются его руки.

Всю меня облапал своими загребущими ручищами.

Максим, конечно, бывает немного грубоват в высказываниях, но даже это придаёт ему некой мужественности. А взгляд? Да я под ним плавлюсь как восковая свечка.

Как посмотрит, и всё из рук валится. А смотрит он на меня тоже частенько. То на камбуз заглянет, что я, ещё не видя его, ощущаю присутствие. Даже выходя на палубу, чувствую его, находящегося в капитанской рубке.

К моему удивлению, ныкаться от команды он не стал. Может спокойно подойти и обнять при всех. Чмокнуть в макушку и пойти дальше по своим делам. У него всё просто.