Книга Загадочная история Аллана Уэйна, страница 64 – Рита Хоффман

Мне хотелось узнать больше: расспросить миссис Питерс о жрице, отца Паскаля – о его лжи, Мору – о Ловцах, но я не посмел. Никогда прежде правда не пугала меня так сильно, как теперь. Недоговорки утомили, но правда… Нет, я не был готов к ней. Я хотел оставаться в блаженном неведении.

По пути домой я заглянул на рынок и купил кое-какой еды: запасы подошли к концу, а кошка оказалась на редкость прожорливым созданием. Она перестала убегать, предпочитая отсыпаться у камина, а не бродить по холодным улицам. Отец Паскаль вернулся в церковь, а мне велел отправляться домой, явно озабоченный моим душевным состоянием после всего, что я услышал в доме Питерсов.

Для пушистой компаньонки я купил кусок хорошей телятины, решив, что свинина навредит ей, и захватил разделанную тушку кролика, попутно узнав, что одна из семей разводит их прямо в городе; для себя взял половину головки сыра, молоко, свежий хлеб и немного овощей.

Готовка не моя страсть, живя один, я научился обходиться сэндвичами и салатами, отчего заметно потерял в весе. Так со мной было всегда, даже во времена обучения: порой я вовсе забывал о еде, не желая отрываться от книг. Но о кошке я решил заботиться во что бы то ни стало. Негоже кормить хищника листьями салата – я это понимал. Потому в моем доме появилось мясо, а плита порой зажигалась не только для того, чтобы сварить кофе.

После охоты на гулей мой сон стал спокойнее, что странно: вернувшись той ночью с кладбища, я думал, что после всего случившегося никогда не приду в себя. Но взглянув страху в глаза, я, напротив, перестал бояться пустяков: собственной тени, скрипов на чердаке, воя ветра за окном. Даже редкий скрежет когтей на пороге больше не приводил меня в ужас – я неожиданно быстро привык жить в мире, открывшемся мне после знакомства с Охотниками. Порой, сидя в кресле у камина, я размышлял о том, знали ли о Чудовищах и Чудесах писатели прошлого. Что, если они не выдумывали свои истории, а действительно встречали этих существ?

Дом встретил меня тишиной и полумраком. Кошка соизволила выйти из гостиной и уселась у лестницы. Она медленно моргала и выглядела слегка помятой.

— Ты спала? Я кое-что принес тебе, пойдем.

Пока я раскладывал покупки на столе, кошка сидела рядом и внимательно наблюдала за мной, но как только перед ней оказался кусок телятины, пушистая хищница вцепилась в него зубами и выбежала из кухни, махнув роскошным хвостом.

— Стой! – только и успел крикнуть я. – Ты ведь столько не съешь!

Гнаться за ней было бессмысленно. Вздохнув, я окинул взглядом покупки и решил, что сегодня приготовлю тушеное мясо с овощами. Напевая мотив старого гимна, я вымыл руки и замер перед кроличьей тушкой. Что делать дальше, я не совсем понимал: дома на кухню меня не впускали, как и в семинарии.

— Ох… – выдохнул я, берясь за нож. – Что ж, горячее сырым не бывает, верно?

Вскоре тушка превратилась во что-то невразумительное и крайне непривлекательное. Я безуспешно пытался снять мясо с костей, когда окно открылось и в него залез Александр. Не сказав ни слова, он ополоснул руки и толчком бедра оттолкнул меня от разделочной доски.

— Боже, ты просто надругался над ним, – проворчал Александр, ловко орудуя ножом.

— Что ты здесь делаешь? – наконец спросил я, хмурясь. – Тебя все ищут!