Книга Загадочная история Аллана Уэйна, страница 145 – Рита Хоффман

— И ты не уходи.

На кухню вошла Мора. Весь ее суровый образ был подернут дымкой нежности: Охотники явно не видели ничего предосудительного в том, чтобы подслушивать чужие разговоры.

— Не могу. – Покачав головой, я мягко улыбнулся ей. – Ты потребовала, чтобы я сделал выбор, и, кажется, я наконец готов.

— Оливет чудовище, – прорычал Александр, все еще сжимавший Мари.

— Я делаю это ради брата. Возможно, однажды я смогу убедить его в том, что наша мать заблуждается. Кстати, об этом. – Я посерьезнел. – Оливет собирается вынудить Охотников отказаться от Непреложного Правила.

— Невозможно, – тут же выпалила Мора.

— Ее поддерживают древние фамилии и…

— Они могут поддерживать ее сколько угодно, – прорычал Александр. – Но даже собравшись вместе, они не смогут убедить Общество начать охоту на мэров и деятелей мирового искусства. Разумные Чудовища повсюду, Аллан. Ты даже не представляешь, какие посты они занимают и какие роли играют. Избавиться от нас решительно невозможно.

— Но спасибо, что предупредил. – Мора устало провела ладонью по волосам. – От нее можно ожидать чего угодно.

Кивнув, я поправил рубашку и ободряюще улыбнулся непривычно тихой Мари.

— Теперь я могу идти. Спасибо за все, и, надеюсь, Господь будет оберегать вас.

Я попытался покинуть кухню, но Мора схватила меня за локоть.

— Аллан, останься. Прошу тебя. Ты не должен нести ответственность за брата. Если однажды он поймет, что Оливет одержимая сука, мы примем и его.

— Я должен быть рядом с ним. – Мягко освободившись из ее хватки, я сжал пальцы Моры, прежде чем отпустить.

— Ты совершаешь ошибку, – заявил Александр, продолжая сверлить меня взглядом.

— Возможно, – легко согласился я.

— Ты больше не вернешься? – спросила Мари.

— Пути Господни неисповедимы.

Не дождавшись очередного вопроса, я вышел из дома мадам Офуды и побрел прочь дорогой, которую показал мне Александр. В голове было удивительно пусто, меня словно выжали досуха.

От злости не осталось ни следа, ее место в моей душе заняла ноющая тоска. Мне казалось, что привыкнуть к обществу грубоватых Охотников я не успел, но, похоже, я в очередной раз ошибся.

Я сделал выбор в пользу брата. И будь я проклят, если это было неправильное решение.

Увидев изнутри работу Охотников, я понял, насколько они неорганизованны и разобщены. Понял, что многие из них ненавидят Чудовищ только потому, что те отличаются от людей. Более того, я увидел новый путь, новый виток собственной жизни, и, кажется, у меня снова появилась цель.

Сев в машину, я прикрыл глаза и рвано выдохнул.

«Спокойно, Аллан. Все скоро закончится».

— Ты выглядишь так, будто вот-вот преступишь Божий закон и наложишь на себя руки, – раздалось с заднего сиденья. – Могу проводить.

Вздрогнув, я резко обернулся и увидел насмешливое лицо Папы Легба. Он почесывал невидимого моему глазу баргеста и выглядел чрезвычайно довольным.

— Что вы здесь делаете? – выпалил я.

— Гуляю.

— Но мадам Офуда…

— Да, да, слышу. Пусть понервничает, я, в конце концов, не пес, который прибегает по первому зову хозяина. – Папа Легба деловито поправил потрепанный пиджак. – Нужно сохранять достоинство, мальчик.

Помолчав, он вдруг сказал:

— Будь осторожен. Твой баргест чует кровь.

— Что это значит?

— Только то, что я сказал.

— Вы плут, – выпалил я. – И говорите загадками.