Книга Ловец Чудес, страница 33 – Рита Хоффман

— Замерз? – Он протянул мне свое одеяло. – Держи. Твоя смерть в план не входит.

— Я хочу есть.

— Придется подождать, малыш.

Он умело развел огонь на месте вчерашнего костра, собрал треногу и достал металлический тросик. Прикрепил удавку, на крюк подвесил походный котелок с водой.

— Чаю хочешь? – спросил Филипп.

— Только поесть и убраться отсюда, – ответил я.

Последние дни я беспрестанно спрашивал себя, стоит ли игра свеч. За годы работы в Ордене я привык к комфорту, совершенно забыл, что такое лишения. Не представляю, что со мной стало бы, не будь у меня хоть какого-то опыта выживания на улице. Обещанные полтора миллиона маячили впереди, словно свет в конце тоннеля, но с каждым мгновением на безжизненной каменистой пустоши я все больше убеждался, что нужно было просить больше.

— Как ты здесь оказался? – неожиданно нарушил тишину Филипп.

Я моргнул и пожал плечами.

— Не здесь, – громила обвел рукой редеющий лес, – а в Ордене.

— Историю своей жизни рассказывать не стану, – огрызнулся я.

— И не надо. Когда ты узнал, что мир не так прост, как тебе говорил отец?

Хотелось отмахнуться, закатить глаза и продолжить сверлить хмурым взглядом котелок, но от молчания уже саднило горло, да и говорить об этом мне ни с кем еще не доводилось. Филипп, хоть он и грубиян, прекрасно знал, что творится под покровом ночи, так с кем, кроме него, можно такое обсудить?

— К тому моменту я был уже в Пловдиве и надеялся найти дураков, которые довезут меня до Софии. Денег на поезд у меня, разумеется, не было. Две недели я шатался по улицам, пытался подзаработать, но меня гнали прочь. В конце концов судьба свела меня с чумазыми мальчишками, которым были чужды честь, раскаяние и страх. Они научили меня воровать.

— И долго ты там пробыл? В Пловдиве? – спросил Филипп, наливая воду в жестяную кружку.

— Полгода. Закончилось все так же внезапно, как и началось: мы пришли на железнодорожную станцию, чтобы разжиться деньгами; я увидел в толпе богато одетого джентльмена и пошел за ним. Сам не заметил, как мы оказались в безлюдном переулке у вокзала. Тогда-то он и обернулся, а я застыл, пойманный на месте преступления.

— Ты ведь не обокрал его.

— Но собирался. И это намерение было написано на моем лице. – Вздохнув, я принял кружку и немного отпил. – Он обладал каким-то гипнотическим взглядом. Приказал подойти, и я повиновался. Безропотно, что твой агнец. Твердой рукой он взял меня за подбородок и заставил посмотреть на него. Помолчав, он сказал: «Пойдешь со мной». И я, ты только подумай…

— Пошел, – закончил за меня Филипп.

— Да. Мы вернулись на станцию, прошли мимо моих приятелей и сели в поезд. Никто не спрашивал, кто я, проводник не спросил билета. Мы расположились в купе на две персоны, джентльмен достал из портфеля газету и положил на столик. Читать не стал, просто долго смотрел в окно. Как только поезд отъехал достаточно далеко от Пловдива, он…

— А ты? – спросил Филипп. – Что ты делал все это время? Просто глазел на него?

— Ты не поверишь, – устало выдохнул я. – Просто глазел. Я был словно одурманен, даже сейчас не могу точно сказать, что произошло в том переулке. Пока мой спутник молчал, я гладил мягкую обивку сиденья, разглядывал его начищенные туфли, дорогой костюм… Так на чем я остановился?