Книга Моровое поветрие, страница 48 – Рита Хоффман

— У вас еще сестры есть? – удивилась Ярина.

— Не по крови, но мы настоящая семья. Друг…

— Друг за друга горой, да, ты говорила, – перебила Ярина. – А братья?

— А на что нам братья? – хмыкнула Душица. – Мужики только мешают.

Ярина так и не поняла, чему мешают мужики, но расспрашивать дальше не стала. Видно было, что продолжать беседу Душица не хотела, потому они вернулись к тому, с чего начали, – к попыткам переселиться в чужое тело.

Над головой птица пролетела так быстро, что разглядеть ее Ярина не успела, зато смогла услышать биение крошечного сердечка. Этого оказалось достаточно: дух словно вытолкнуло из плоти – и спустя мгновение она уже смотрела на лес с высоты птичьего полета.

Неуклюже спустившись к земле, Ярина уселась на ветку и исполнила заливистую трель. Душица одобрительно закивала и улыбнулась. Чеслава же продолжала рыскать в кустах.

Крошечными глазками Ярина глядела на свое беззащитное тело и чувствовала натянутую между ними связь. Чем больше проходило времени, тем страннее мысли становились: захотелось поклевать мусор лесной, с ветки на ветку попрыгать, а может, даже… гнездо свить.

— Хватит, хватит, – вдруг сказала Душица. – Возвращайся давай.

В тот же миг ее словно выдернуло из птичьего тельца. Она закашлялась, свалилась со ствола на землю, задышала часто.

— Все лучше и лучше у тебя получается, – заметила Душица. – Думаю, скоро не нужна тебе будет моя помощь.

— И что мы делать станем? – спросила Ярина, все так же лежа на теплой земле.

— Покажу тебе, как настои варить, как…

— Какие настои? – вмешалась Чеслава. – Яды! Нужно научить ее яды готовить!

— И этому обучу, – согласилась Душица. – Но позже. Сперва нужно показать ей, как с травами обращаться, как собирать, когда, где. Это ведь…

— Знаешь, а ведь взглядом убить можно.

Над Яриной нависла Чеслава. Ее волосы щекотали лицо, а безумные глаза пугали.

— Взглядом?

— А то. Зыркнешь на кого – и все, отпевать завтра будут.

— Ты и такое умеешь?

— Нет, не умею, – призналась Чеслава. – Умела бы – давно помер бы проклятый Доброгнев.

Ярина села и посмотрела на хмурую Душицу. Видно, не нравился той упомянутый человек.

— А кто это? – осмелилась спросить Ярина. – Он тебя душить пытался?

— Не он, – отмахнулась Чеслава. – Сынок его, плоть от плоти. Вырастил змея и змеюку, уф…

Чеслава зафыркала, принялась отмахиваться от чего-то невидимого глазу.

— А не может колдушка доброй быть? Чтобы без ядов и убийств взглядом? – спросила Ярина.

— Может, – ответила Душица. – Да только долго она не проживет.

— Почему это?

— Потому что убьют тебя, как только корова соседская сдохнет, – хохотнула Чеслава. – Говорили же: как только беды какие на головы соседские свалятся, они сразу на тебя с вилами пойдут. И никто не вспомнит, что ты роженицам помогала и мужикам с их немощью. Убьют, прикопают и забудут.

— Бояться тебя должны, – пояснила Душица. – Или хотя бы побаиваться. Знать должны люди, что коль решат на тебя с дурными мыслями пойти, то ты отпор дашь.

Ярина задумалась. А ведь правду говорили девицы: как только бабка в немилость соседскую попала, сразу отселили ее к лесу, а потом и вовсе сторониться стали да под ноги ей плевать. К колодцу общему не пускали, приходилось Ярине самой ей воду таскать. Получается, правы подруги: люди должны бояться ее, чтобы не смели даже помыслить так по-скотски вести себя с ней.