Книга Пробуждение Нави, страница 58 – Рита Хоффман

— В одиночку такое никому не под силу.

— Я все равно попытаюсь. Ты веришь мне, Варна?

Она повернулась к нему и без размышлений кивнула. Конечно, Варна верила ему. Столько лет прошло, а она до сих пор не задумываясь доверила бы ему свою спину. Свят кем угодно мог быть, но ее он ни за что не предаст.

— Уезжайте. А мне нужно Марью найти и…

— Девчонка и правда твоя помощница?

Он нехотя кивнул.

— Повезло ей с наставником. Ты ведь не лупишь ее всем, что под руку подвернется?

— Стараюсь держаться, – его губы тронула едва заметная улыбка.

— Когда вернешься к нам, можешь ее с собой прихватить.

Они обменялись понимающими взглядами. Зыбкие слова, обещающие новую встречу, замерли в воздухе. Вернется ли он? Вырвется ли из мертвой хватки Рославы? Или змеиные кольца сожмут его слишком сильно?

— Если невмоготу станет, зови меня на помощь. – Варна приоткрыла дверь и бросила на Свята прощальный взгляд. – Позови меня, Свят, и мы вместе выход найдем.

И она ушла, выскочила из здания и побрела прочь. Ни разу не оглянулась, но знала, чувствовала, что он смотрит на нее из окна. Кажется, всю жизнь они только и делают, что разлучаются, бросают друг друга, поворачиваются друг к другу спиной, но всегда судьба сводит их снова, будто в насмешку – только для того, чтобы устроить новое прощание.

Варна могла остаться, могла попытаться разведать, что задумала Рослава, но пока она рядом, Свят не сумел бы сосредоточиться, он бы постоянно гадал, не навредят ли его действия им с Дарием.

Она твердо знала, что вернется сюда, как только они поймут, что за чертовщина происходит в безымянных землях. Пусть Свят сколько угодно прогоняет ее, но она больше не уйдет. Если к тому дню он не обезглавит Рославу, ему придется смириться с присутствием Варны.

Она почти дошла до постоялого двора, как вдруг дорогу ей преградил высокий мужчина в белом плаще.

— Ну здравствуй, – сказал он, – давненько я тебя не видел.

На негнущихся ногах он вернулся к столу и замер возле него, так и не сев на стул.

Проклятие. Проклятие!

Свят в ярости смахнул со стола бережно сложенные Марьей письма и уставился на кружащиеся в воздухе листки. Руки непроизвольно сжались в кулаки, сердце грохотало у самого горла.

«Не бейся! Не бейся!» – хотелось закричать ему, но он зажал рот рукой и прикусил зубами ладонь, чтобы снедающая его душевная боль уменьшилась хотя бы немного.

Невозможно смотреть на нее! Невозможно!

То, что он лелеял все эти годы, будто усилилось во сто крат. Нутро горело, словно в нем разверзлось зверево пекло. Память услужливо напомнила, как он ушел в последний раз, как нажал на чувствительные точки на шее Варны – и она лишилась чувств в его руках. Он так хотел остаться, Господи, как же он хотел остаться! Все, что ему было нужно, – видеть, как она просыпается, как засыпает, как раздраженно сплевывает на землю, как скалит зубы в дикой улыбке, как подгоняет коня, как выхватывает меч и приставляет его к горлу неприятеля.

Он любил в ней все.

Эта мысль стала озарением.

Свят тяжело опустился на стул, зажмурился и сжал зубы с такой силой, что они заскрипели.

Даже если бы она не отдала за него душу, он бы восстал ради нее. Кажется, ей достаточно просто прошептать его имя – и он услышит, где бы она ни была. Его дух стремился к ней вопреки здравому смыслу, вопреки всему, и все эти годы Свят только и делал, что пытался заглушить боль внутри себя изнурительными боями и охотой.