Книга Быль или небыль, страница 2 – Рита Хоффман

— Поесть заглянем куда или сразу у старосты отметимся?

Голос Рыжа отвлек Владимира от размышлений, и он пожал плечами, хмуро вглядываясь в мрачные околицы города.

— К старосте успеем, а вот поесть времени может не остаться, – заметил Лён. – Снова придется черствым хлебом давиться.

— Пока брюхо будешь набивать, кого-то и убить могут, – напомнил Владимир, безуспешно пытаясь скрыть рвущуюся с языка укоризну.

Он привык сперва дела делать, а потом уже расслабляться на постоялом дворе, никак не наоборот. Лён же, пусть и давно с ними охотился, юнцом оставался, порой считавшим собственные желания важнее долга.

— А ведь Радош говорил мне, что зря я за стариками увязался. В каждом твоем слове слышу голос бати, который уже пару лет как к дедам ушел. – Лён вздохнул, но неожиданно добавил: – Однако ты прав, не стану спорить.

Владимир бросил на Рыжа удивленный взгляд, старый друг ответил таким же. Во дела! Неужто юнец как охотник думать начал, а не как дите разбалованное?

Городок стенами не обнесли, да и походил он скорее на разросшееся село – ни камня белого, ни дорог мощеных. Ничем он не походил ни на Красную Ниву, ни тем более на Ясностан – так, не город, а одно название.

На узкой улице уже тихо было, только десятские^[1] бродили. У одного из них и спросили дорогу, а как отъехали достаточно далеко, Рыж удивленно пробормотал:

— Староста-то неглупый у них. Смотри, и десятских собрал, и присматривать за улочками по вечерам велел.

— Или умный, или трусливый, – задумчиво возразил Владимир. – Сам же не пошел, вместо себя горожан отправил.

— С какой стороны посмотреть…

Поспорить не успели – спешились, лошадей оставили и вошли во двор, на который десятский указал. Стучать в дверь и пугать людей Рыж не стал, приложил ладони ко рту и громко позвал:

— Хозяин! Мрачный Взвод прибыл!

Долго ждать не пришлось: моложавый мужик выскочил на крыльцо в исподней рубахе, торопливо перемахнул через ступенечки и подошел ближе.

— Чего орешь-то? Напугаешь всех. Тихо у нас, нет для вас работы.

— И давно тихо? – Рыж не смутился, только сложил руки на груди.

— После ведьмы не было ничего. Пара весен прошла уже.

Владимир вздохнул. Ну, нюх Рыжа не подвел: в городе действительно была нечисть, вот только ее давно изгнали.

— Не слыхал о вашей ведьме. Как все было?

Лён издал сдавленный стон. Владимир прекрасно его понимал – у самого нутро от голода скрутило. Но если Рыж вцепился, уже не оттащишь.

— Баба жила с детьми, муж из ваших был, – нехотя начал староста, – ну и не вернулся как-то с охоты.

Рыж кивнул:

— А дальше что?

— Она заперлась в избе и носу не показывала, – буркнул староста. – Забыли мы о ней, сперва дали время погоревать, а потом… – Он махнул рукой. – Потом хозяйка соседнего двора пришла ко мне, сказала, мол, на крыльце грязь, никто не входит и не выходит, дыма из трубы не видать давно. Я собрал мужиков, и мы пошли проверить, что стряслось. Вломились в избу, а там, даже не знаю, как объяснить… Мясом порченым воняет, запустение такое, будто никто не жил давно, пыль всюду, только отпечатки голых ног на полу. Да такие отпечатки, что стереть не удалось, а я попытался, честно скажу.

— Бабу нашли? – спросил Владимир.

— Не только нашли, еще и помешали ей. Но как она увидела нас на пороге, так сразу обратилась тварью какой-то, вылетела в окно. Детей оставила.